— Мартин? — посмотрел Райт на худощавого мужичка.
— Они готовы, командир, — басовито ответил тот. — Ждут отмашки.
А этот Мартин, судя по всему, отвечал за связь в группе. К тому же он ещё и стрелок, о чём говорила снайперская винтовка «КСЛ-30» Орлеонтанского производства, ствол которой выпирал из сумки у его ног. Хорошая игрушка.
— Что ж, раз всё готово, — кивнул я и взглянул на Райта: — Теперь слушайте вашу основную задачу…
***
Яркая луна освещала небосвод, сияли далёкие звёзды, а на улице одиноко завывал прохладный осенний ветер. Августу не спалось. Он выбрался из объятий двух жён и поднялся с постели. Бросив на них взгляд, вспомнил, как добивался этих двух, несомненно, великолепных женщин. Тая и Вирджиния. Ещё тогда, когда род Валевских даже и думать не мог, что получит статус клана, был очень слаб. Дед Августа всеми силами пытался выправить ситуацию на политической арене империи, но выходило не очень. Отец же… Он сделал только хуже, и чуть не подвёл род под полное забвение. Только когда Август стал главой в совсем юном возрасте, начались сильные изменения. Он рвал жилы, давил гордость и шёл на поклон к сильным империи, вырывая свой кусок с общего стола. Ум, стратегическое мышление, харизма и амбиции позволили ему в короткие сроки возвысить род. А следом родилась цель на получение статуса клана, ради которого Август в прямом смысле слова шёл по головам.
Валевский повёл плечами, сбрасывая остатки мимолётной дрёмы, и двинулся в ванную, желая умыться холодной водой.
Просторное помещение с шикарной купальней встретило темнотой. Август включил неоновую подсветку и подошёл к раковине. Зажурчала вода. Он умылся, почувствовав лёгкий прилив бодрости. Мысли же его крутились вокруг контракта, о котором доложил командир службы безопасности и близкий друг Ричард. Меньше недели назад кто-то оплатил и зарегистрировал контракт в Конторе наёмников. И не простой, а статуса: Моргулис. Поиск информации, сведений, любых ниточек и связей. Контракт не нёс в себе какую-то скрытую уловку и был прозрачен по своей природе. Кто-то копал под Августа. Кто-то, кто готов был отдать десять миллионов, чтобы узнать о клане Валевских всё, что только получится. Разумеется Август желал узнать: кто скрывался за личиной нанимателя и потребовал у Конторы раскрыть данную информацию. Но вот дилемма, к подобного вида организациям обращались не просто так. Их репутация непоколебима, и они никогда не называли имя нанимателя. Давить на них с позиции силы бесполезно. Проще сразу объявить войну и захлебнуться в крови от количества наёмников, которых Конторы поставят под ружьё. Да, они действуют в обычное время разрозненно, но в нужный момент готовы сплотиться и щёлкнуть зарвавшегося аристократа по носу. Попытка влиять статусом или через канцелярию императора окончится полным разрывом отношений и чёрным списком. Выкупить информацию можно было бы, но и тут Августа ждал провал. Его подставной контракт со статуэткой, который был ловушкой для Призрака, заставил Конторы пересмотреть свои убеждения. И именно поэтому, разговаривающий с его поверенным агент Конторы сказал простые слова: «Бизнес есть бизнес, но мы более не совершим подобную ошибку.»
Август мог бы подумать, что Контора банально испугалась раскрывать личность нанимателя, но кто тогда мог стоять за этим контрактом? Медведевы? Вряд ли… Эти трусы, когда-то предавшие и ударившие в спину его отца, никогда бы не решились на подобное. И хоть Август сейчас занимался поглощением территорий их рода, его СБ молчала по поводу возбуханий со стороны их главы. Впрочем, Медведь не оставлял попыток урегулировать конфликт и всеми силами старался избежать своей участи, пытаясь, как и раньше, воздействовать через канцелярию императора. Но в этот раз Валевский был готов к подобным попыткам и всё предусмотрел. Пусть Медведь барахтается и пытается… Его земли скоро отойдут Августу, их же существование окажется под угрозой. Лермонтовы? Можно было бы подумать на них, но у Валевских более не было соприкосновений с этим северным кланом. Да, в своё время они не поделили права на землю вблизи Торонто, которая была богата залежами изумрудов. Но Август уступил… Не хотел он на тот момент войны с северными воинами империи, славящихся своим упрямым характером и репутацией. Оставались ещё несколько родов, которые могли бы попытаться укусить Валевских, пока те заняты подавлением Медведевых, но Август думал о них в последнюю очередь.
Отойдя от раковины, мужчина подошёл к купальне и включил воду, бурным потоком ударившую сразу из пяти кранов. Он спустился по плиточным ступеням и присел на специальную выемку, откинувшись на борт.
Помимо контракта Август всё чаще думал о разговоре с Ричардом. Возможно ли то, что Призрак, которого он решил уничтожить из-за своей гордости и желания очистить подмоченную из-за ограбления репутацию, был удавшимся экспериментом имперского проекта: «Уроборос»?
Множество слухов ходило касательно этого проекта, лицом которого был знаменитый генерал Роджерс. Кто-то считал, в основном религиозные фанатики, что воздействие на геном человека и попытка вывести эспера с двумя способностями претило самому замыслу Бога. Другие же склонялись к тому, что проект изначально был провальным. Монолорианы — клетки, что развились у людей с ходом эволюции, несли в себе определённый код, который и обозначал принадлежность эспера к одному из пяти классов. Разве можно было их поделить? Возможно ли сделать так, чтобы в одном организме могло существовать сразу два вида похожих, но таких разных, клеток? Август был одним из тех, кто, в своё время, интересовался данным проектом. Но вся информация, которую он получал, буквально кричала о том, что проект провальный. Учёные не могли добиться результата, а время уходило. Закрытие же «Уробороса» ознаменовало уход Роджерса в отставку. Именно после того момента сильные мира сего перестали интересоваться проектом и забыли о нём. И теперь, благодаря Ричарду, Август вновь задумался. А вдруг «Уроборос» удался, и всё произошедшее далее было простым обманом и фарсом? Если это так, то… Август совершил большую ошибку, перейдя дорогу Призраку и решив начать на него охоту. Не хотелось ему, чтобы в один из дней к нему на порог явилась императорская гвардия, облачённая в белоснежные доспехи и готовая казнить любого, на кого укажет государь. Но время шло, контракт на убийство наёмника оставался активен, ведь Август решил не деактивировать его и увидеть: что же будет? А раз пока к нему не явились личные солдаты императора, то вырисовывались лишь два варианта. Либо Призрак не причастен к проекту, и тот, правда, оказался провалом, либо же Августу уже вынесли приговор, но пока решили не затягивать петлю на шее.
Горячий пар распространялся в купальне. Валевский расслабился, погружаясь наполовину в воду, расслабленно вытянул ноги и хлопнул в ладони. Лёгкий щелчок достиг его ушей, а следом заиграла классическая композиция самого известного оркестра Аркадии. Август вытянул руку за борт и взял с приставленного к нему низкого столика сигару, которую сразу же поджёг. Сделав затяжку, выдохнул никотиновый дым. Вот что расслабляет. Горячая ванна, сигара и любимая музыка. Лишний раз Август почувствовал удовольствие от идеальной шумоизоляции своей купальни. Он ненавидел, когда его отдых кто-то прерывал, а потому любой гвардеец знал, что если играла музыка в купальне, главу лучше не трогать.
Спустя не менее получаса, за которые сменилось порядка восьми композиций, заиграла иная мелодия, но Валевский не стал её дослушивать и хлопнул в ладони. Звук прервался. Тишина поглотила купальню. Выбравшись, Август опоясался полотенцем и подошёл к двери, открыв её. И только он сделал шаг, как его ног коснулось нечто тёплое и влажное.
— Что за... — увидел он кровь, мелкими ручейками текущую по коридору.
Резко подняв взгляд, вспыхнувший оранжевым светом, Валевский напрягся и побежал к спальне, подобно урагану. До слуха всё сильнее доносились крики и взрывы, что звучали снаружи. Означать они могли лишь одно… Кто-то напал на особняк.
Буквально снеся дверь, что вела в спальную комнату, Август показался на пороге и оторопел. На полу лежали два трупа его личных гвардейцев. Шкафы и стол разрушены, рядом обезглавленные тела охраны. Справа, прислонившись к стене, стоял широкоплечий мужчина в боевом снаряжении серого цвета и чёрной балаклаве. Синий Покров обволакивал его тело, а короткий клинок покоился на плече. Он молча смотрел на Августа, как на того, кого желал придушить. Другой же вторженец стоял возле окна и следил за боем, держа в руках снайперскую винтовку.
Но не эти двое молчаливых эспера бросились в глаза Валевского, а человек, что находился возле кровати, где без сознания лежали его жёны. Чёрные одежды, плащ и белая маска на лице, которую Август узнает из тысячи других:
— Призрак… — в ярости проскрипел он зубами.
— Привет, Август, — махнул рукой наёмник S-ранга, который должен был быть мёртв, а не стоять сейчас здесь. — Извини, что без приглашения. Но я не с пустыми руками. Как говорится, доставка на дом…
Валевский быстро оценивал свои шансы, метая цепкий взгляд на каждого из противников в комнате. Он был более чем уверен, что двое эсперов были не выше Б или А ранга, судя по плотности Покрова одного из них. Другое же дело Призрак…
— Ты пришёл убить меня? — задал Август вопрос в лоб.
— Эх, — наигранно вздохнул Призрак и легонько постучал обратной стороной клинка по горлу одной из жён. — Нет в тебе, Валевский, чувства такта. Всё тебе сразу подавай. Для начала я принёс тебе статуэтку, которую ты заказал. Так что с тебя шесть миллионов.
Звуки борьбы снаружи набирали обороты. В высоком заборе особняка теперь зияла дыра от влетевшего в неё снаряда РПГ. Гвардия Валевских вовсю пыталась отразить нападение вторженцев, что были в форме без знаков отличия. Но те усиленно дожимали их. Атака оказалась внезапной и молниеносной — гвардия, при всей её готовности, не могла долго сдерживать её.
— Я дам сотню, если мы забудем старые обиды, Призрак, — холодно произнёс Валевский. — И ещё сотню твоим друзьям.
Призрак тихо рассмеялся:
— Ты ничего не знаешь о негласных правилах наёмников, значит. Ясно. Тогда поступим так. Что насчёт сыграть в смертельную игру, Август? — прохрипел он и наклонил голову набок. — Я дам тебе возможность выжить, если ты выполнишь моё условие.
На Призрака тут же странно посмотрел один из эсперов. Тот, что был объят Покровом.