— Предатель! И зачем мы только рассказали тебе! Книжный червяк! Бесхребетный импотент! — плескал слюной Эдвард, а его глаза наливались яростью. Или это Лео его так сильно сдавил? — Отпусти меня, Леонард! Я задушу его! Мы открыли ему наш путь! А он!.. Отпусти меня, я прибью его!
— И что здесь происходит? — недоуменно осведомился я, пройдя внутрь и закрыв входную дверь.
Лео обернулся, нелепо улыбнувшись, Джозеф устало вздохнул, скрестив на груди руки, а Эд замер и взглянул на меня.
— Бро… — протянул он с надеждой и неким отчаянием. Но буквально за секунду вновь завёлся до максимума и прорычал: — Дай в табло этому очкарику! Заложить нас вздумал, прикинь?! Староста херов!
— О чём это он? — медленно повернул я голову к Джозефу.
— Эти двое, — указал Абрамс подбородком на толстяка и качка. — Решили нарушить правила академии. Сегодня, Купер, если ты не знал, банный день. Он проходит по воскресеньям…
Да, я что-то читал об этом в брошюре. В единственный для студентов выходной академия открывает купальни, где каждый может расслабиться и кайфануть в бане.
— Подглядывать будете? — хмыкнул я, сразу же уловив суть.
Эдвард быстро кивнул и яростно взглянул на очкарика, а Лео опять вдавил лыбу.
Что ж, всё понятно. Эти двое решили пойти на дело и позвали Джозефа, но тот врубил душного типа и, мало того, что отказался, так ещё и заложит их. Сто процентов заложит, как пить дать.
— Купер, — обратился ко мне староста. — Я знаю: человек — ты своенравный. Но только тебе под силу убедить этих двоих не лезть в неприятности. Помимо того, что от руководства академии могут быть проблемы, если их поймают, но и от семей студенток, — он посмотрел на Эда и Лео. — Вот увидите вы голую Софию, думаете её род после такого оставит вас в покое? Или Свон? Точно нет. Подумайте об этом.
— Лео, отпусти его, — спокойным, немного уставшим тоном сказал я качку.
Здоровяк послушался меня с секундной заминкой и поставил разъяренного рыжего пухляша на пол. Джозеф даже шаг назад сделал и приготовился обороняться, если Эд решит наброситься на него.
— Не ссы, предатель, — фыркнул ниндзя и откусил помятую шоколадку, вынутую из пиджака. — Если ты и умрёшь, то не в комнате моего бро. Иначе потом придётся кровь оттирать…
— Это угроза, Каллен? — опасно прищурился староста.
— Хватит вам, — хмыкнул я и подошёл к Эду, положив руку ему на плечо. — У меня к тебе только один вопрос, Эдвард…
Взглянув на моё спокойное лицо, толстячок, видать, всё для себя решил. Понурил плечи, опустил взгляд в пол и перестал жевать батончик.
— Н-но ведь, Райан… Такой шанс же… М-мы же…
— Во сколько? — спросил я у него серьёзным тоном.
Мигом подняв на меня неверящий взгляд, Эдвард потерял дар речи, а Леонард отчётливо посмеялся.
— Т-ты с нами?! — вышел рыжий ниндзя на ультразвук.
— Ты ещё спрашиваешь! — хмыкнул я. — Конечно!
Тем более, сегодня воскресенье и мне хотелось заняться бездельем. Так почему бы не совместить приятное с полезным? Вспомню свои первые семьдесят лет юности… эх.
— Купер! Одумайся! — встрял Джозеф. — Тебя и так завтра ковёр у директора ждёт, после драки с Де’Сантосом!
Мне на это оставалось ухмыльнуться ещё шире и сказать:
— Одним косяком больше — одним меньше, какая разница, если наказания всё равно не избежать? Да и прелести голеньких студенток явно того стоят.
После моих слов Эдвард просиял, будто новогодняя гирлянда, а здоровяк расплылся в добрейшей улыбке и прогудел:
— Мужик!
— Вы безнадёжны… — с отчаянием протянул староста и вздохнул. — Вас накажут. Всех.
— Если поймают, — прищурил я хищно глаза.