– Ну да, незаконное давление на работников органов следствия, все такое, – поддержал ее я. – Лучше не экспериментировать.
– Мужик, ты совсем обнаглел? – снова подала голос зеленоглазая ведьма. – У меня уже семечки кончились, а ты все трындишь!
– Дамы, уже вот-вот, – прикрыв динамик рукой, заверил я их. – Честно!
– Минута у тебя, – веско произнесла старшая. – Потом пеняй на себя.
– У тебя никак неприятности какие? – медовым голоском осведомилась ведьма в трубке. – Я правильно поняла?
– Есть маленько, – не стал скрывать я. – Ваши… Э-э-э… Коллеги по цеху на меня тут насели. И опасаюсь, дело дойдет до того, что они пожелают глянуть, какого цвета кишки у меня в животе – сизые или красные. Не факт, что получится, но при любом раскладе в ближайшие дни я к вам добраться не смогу. А то и вовсе не сложится. Их трое, я один…
– Косяк твой? – уже по-другому, деловито, уточнила Марфа.
– Нет, – предельно честно ответил ей я. – Скорее их. Желают отобрать честно заработанное. Мол – оно находится в нашем городе, значит – наше. Отдай и езжай отсюда.
И ведь ни словом не соврал, что важно. Не досказал кое-какие детали – это да, но этот маленький грешок мне после не пристегнешь. Но про Троицкого упоминать нельзя, Марфа, как и прочие представители ее племени, колдунов на нюх не переносит. Что, впрочем, обоюдно.
– А, так ты еще и не в Москве, – сообразила Марфа. – Так-так. А где именно?
Я сказал.
– Ясно. Старшая из этих трех рослая такая, да? Со шрамиком у правого виска и стеклянным глазом?
Глянул на женщину, стоящую в центре. Шрам не разглядел, тень от деревьев на ее лицо падала, но вот правый глаз, натурально, стеклянный. Сразу как-то не приметил, а сейчас увидел.
Она поймала мой взгляд и, как видно, что-то сообразила, потому что подобралась, точно для броска.
– Все так, – подтвердил я, выдав очередную обаятельно-извинительную улыбку.
– Дай ей трубку, – велела мне Марфа – И я жду тебя в гости прямо сегодня. Тебе оттуда до меня часа два пути, как раз к ужину и прибудешь.
Тон собеседницы в очередной раз изменился, но тут ничего не поделаешь. Она вписывается за меня в довольно неприятный расклад, причем почти за просто так, следовательно, может рассчитывать на мое сердечное «спасибо», к которому прилагается незамедлительный визит в ее загородный дом. Она всегда в нем весенне-летний период проводит.
– Ужин – это замечательно, – произнес я. – Особенно если предполагаются мясные блюда и ваша фирменная выпечка. Передаю трубку.
Я подошел к старшей и протянул ей смартфон, сказав коротко:
– Вас.
Следом за тем я забрался в машину, весело подмигнул грустно вздыхающему Оресту и протянул ему руку.
– Ты чего? – совсем уж сбледнул с лица он. – Прощаешься, что ли? Бросаешь меня тут?
– Не, – мотнул головой я. – Ты же предлагал сделку, верно? Имя автора письма, три зелья, что ты приготовишь по моему заказу бесплатно из своих материалов, и соломенный волк за то, что сейчас все кончится благополучно. Ну так как, по рукам?
– Про соломенного волка речь не шла, – резонно заметил колдун. – Иди ты в баню, не стану я его делать!
Надо, надо было эту штуку сразу в список оплаты включить. Мне ведь известно, что Орест один из немногих, кто технологию производства этого реликта знает. Ну да, соломенный волк, конечно, не входит в число сильно добрых и светлых наследий далекого языческого прошлого, но заиметь его в своей коллекции разменных материалов хотелось бы. Я с разными людьми и нелюдями общаюсь, никогда не знаешь, что и когда потребуется.
Хотя, конечно, штука это сильно нехорошая. Подбрось такого соломенного волка на поле с пшеницей или рожью – и все, ему кранты настанут. Навалятся на него насекомые и разные вредители, вместо дождя град молотить по колосьям станет, а под конец еще и сушь на пару с пожаром в гости пожалуют, чтобы остаток урожая добить.
Впрочем, изгнать соломенного волка с поля можно путем не самого сложного ритуала, причем с эротическим подтекстом. В нем участвуют семь обнаженных незамужних девиц, которые должны пройти через все поле с вениками в руках, приговаривая при этом заговорные слова вроде:
Ну и так далее. По идее, как дойдут они до края поля, так волчара из него как выскочит, как выпрыгнет и к ближайшему лесу стреканет, чтобы в нем, в самой чащобе, рассыпаться в прах.
Вот только кто сейчас про тот обряд помнит? И про самого волка? Как всегда, свалят все на неблагоприятную обстановку и недотеп-синоптиков. Ну и крайнего найдут, какого-нибудь дядю Васю-агронома. Или даже механизатора. Короче – кто подвернется под руку, тот и будет виноват.
– Ну нет так нет, – глянув на недовольное лицо старшей ведьмы, по которому было ясно, что Марфе она перечить не стремится, согласился я. – Договор?