Корзина раскачивалась все медленнее. Джордан замер перед Неро, настолько неподвижно, что даже силуэт его стал неразличим на фоне квадратных зубцов стены и заходящего за ними солнца.
– Значит так? – Наконец проговорил он. – Вот о чем вы думаете. Третья сила вмешается, как там, и это будет их война – но мы окажемся посередине. Дьявол! Твой отец наверняка думает так же, хочет посмотреть, кто победит. Но он еще не решил.
– Полагает, что может выбрать сторону. – Ответил Неро. – Остаться на той, которая лучше заплатит.
– Он ошибается?
– Нет. Выбор есть всегда. Но есть вещи, за которые невозможно заплатить.
– Не для короля… – Почти прошептал Джордан.
– Я – не он.
– Ты – не король, это верно. Пока еще. – Невидимые пальцы с почти неслышным шорохом прошлись по контейнеру с винтовкой. – Дальность выстрела «Косы» больше семи километров. Королевский Шпиль в шести с половиной.
– Это не для него. – Качнул головой Неро. – Хотя выстрел и правда предстоит трудный. Мне нужна будет калибровка на семь тысяч, или хотя бы на шесть.
– Придется пристрелять ее.
– Наверняка.
– И он будет проверять тебя, уже сегодня.
– Я знаю.
Джордан рассмеялся:
– Мне кажется, будет весело. Я не верю в твои предсказания, и если нам придется умереть – не говори мне, ладно? Хотя, насколько я тебя знаю, ты можешь и не заикнуться о такой мелочи.
– Может быть. – Согласился Неро. – Но я обещаю, если мы умрем – это будет того стоить.
– Тогда поговорим о деле?
– Поговорим.
I.
Разумеется, стаканов на столике не оказалось. Второй столик был залит чем-то темным, и занят парой грязных чашек, которые, по мнению Мириам, совсем не годились для тоста – ни для победного, ни для поминального. К счастью, ее взгляд вовремя упал на прозрачную этажерку у окна, забитую такими же прозрачными вещами: вазами, тарелочками, стеклянными цветами, похожими на настоящие, между которыми, выразительно поблескивая выпуклыми боками, притаились стаканы на длинных ножках.
Или нечто похожее.
Мириам сняла туфли, оставшись как Би, босиком, и, осторожно ступая по щекочущей зеленой ткани между диванами, прошла к этажерке. Один из стаканов тонко зазвенел, когда она протаскивала его между вазой и стеклянным цветком. Сидящая рядом Суонк отозвалась на этот звук, шмыгнув носом. Мириам взглянула на нее, отметив цвета – страх, стыд, сожаление, жалость, грусть – большой и печальный букет. Потом вернулась к столику, на который Ланье водрузил бочонок, и теперь вворачивал ему в бок небольшой хромированный кран, вроде тех, что Мириам видела в ванной. Осторожно поставив странные стаканы на стеклянную столешницу рядом с бочонком, она критически их осмотрела:
– Кажется, чистые.
– Надо же. – Отозвался Ланье. – Когда же я в последний раз пил из бокалов? Черт, и не вспомнить…
– Предложи ей. – Би, снова усевшись на край дивана, мрачно взглянула в сторону Суонк, и затем добавила, беззвучно. – «Только предупреди, чтобы не болтала.»
– «С детьми столько проблем.» – Хмыкнула Вероника. – «Хоть и не со всеми. Да, Мириам?»
– Дайте мне пять минут. – Улыбнулась та в ответ.
– А, верно. – Проследил Ланье за взглядом Би. – Новую подружку подобрали? Познакомите?
– Только потом не жалуйся. – Ответила Би.
Суонк сидела у окна, рассматривая собственное отражение на фоне шпилей Атланты и неба за ними, медленно наливающегося красным. Мириам подошла, и уселась на пол рядом с ней, глядя на это отражение – пока их взгляды не встретились. Суонк всхлипнула снова.