- Доброе утро, мисс Аштон, - поздоровался, нимало не удивившись. - Не ожидал встретить здесь кого-нибудь в выходной. Особенно вас.
Выходной. Я и забыла.
Получается, он мог вообще не прийти. Но пришел - значит, судьба.
- Доброе утро, милорд Райхон, - пролепетала я, уткнувшись в землю. - Вчера я не забрала свое пальто... другое... И мне нужно с вами поговорить.
Он открыл входную дверь и провел меня в свой кабинет, по дороге ни сказав ни слова и ни о чем не спрашивая.
В приемной повесил на вешалку плащ и взял у меня пальто, которое я еле расстегнула - так дрожали пальцы.
- Прошу, мисс Аштон, - указал на кресло у стола. Сам сел на свое рабочее место. - О чем вы хотели поговорить?
- Я... должна... вам признаться... - приходилось буквально выдавливать каждое слово. - Вчера я... я слышала, как вы... назначили встречу... мисс Сол-Дариен, и решила... - Я собралась с силами и выпалила на одном дыхании: - Это я подложила розу и записку на ее крыльцо.
- Ясно, - я ожидала громов и молний, но ректор и бровью не повел. - Мисс Сол-Дариен в подвале, как я понимаю, тоже заперли вы?
Он знает? Знал еще вчера? Или только что догадался, когда я рассказала о записке?
После бессонной ночи, потраченной на учебу и самоедство, голова работать отказывалась. Перед затуманенным взглядом вспыхнуло на миг окошко с предупреждением: "Приложение "мозг" выполнило недопустимую операцию и будет закрыто" и тотчас погасло.
- Да, - призналась я, низко опустив голову.
Оливер промолчал.
- Я сожалею о том, что сделала, - добавила я едва слышно.
- Был бы весьма признателен, если бы вы еще объяснили, зачем это сделали, - не повышая голоса, потребовал ректор.
- Затем, что вы... Вы мне нравитесь, и я не хотела, чтобы вы встречались с Камиллой... простите, мисс Сол-Дариен.
- Нравлюсь? - на мужчину я по-прежнему не смотрела, но в его вопросе почудилась улыбка. Холодная скептическая улыбка.
- Я ведь говорила вам... - голос задрожал, а на глаза набежали слезы. Может, от того, что не выспалась и долго читала при плохом освещении. Может...
- Говорили, я помню, - растянул милорд Райхон, вспоминая, очевидно, не столько мое признание, сколько предшествующую ему ночь и "серенаду" в исполнении экспонатов музея-бестиария. - Скажите, Элизабет, раз уж я вам нравлюсь, что вы обо мне думаете? Ну, - неопределенно повел рукой, - вообще.
- Вы... - я запнулась, почувствовав, как кровь прилила к щекам. Ну и вопросы! Вот уж чего не ожидала от этого разговора. - Вы красивый. И умный. Сильный... в смысле, маг... и вообще. И вы - настоящий джентльмен...
- Это все?
Я - кивнула, не смея поднять на него глаз.
- То есть, идиотом вы меня не считаете? - привстав, он подался вперед, перегнувшись через стол, и я инстинктивно отпрянула, впервые с начала разговора уловив в его голосе гневные нотки. - Спасибо, мисс Аштон, успокоили. А то я уж заволновался. Потому что ваши... ухищрения расчитаны как раз на идиота.
- Я сказала правду, - промямлила я, не понимая, о каких ухищрениях он говорит.
- Я говорю не о том, что вы сказали, а о том, что вы сделали, - ректор вернулся в кресло. Голос его вновь звучал ровно. - Какой реакции вы от меня ждали, Элизабет? Как, согласно вашему грандиозному замыслу, я должен был поступить, прочитав ту записку?
- Просто уйти...
- Навсегда, как я понимаю? Принять на веру созданную вами абсурдную ситуацию и даже не задуматься, отчего мисс Сол-Дариен, женщина пунктуальная и аккуратная, опаздывает на встречу, которую сама назначила, в то время, как у нее на крыльце, словно в читальном зале, выложены для свободного прочтения любовные послания? Вы точно не считаете меня полным идиотом?
Нет, милорд, вас - нет.
Я до боли прикусила губу.
- Не знаю, что и делать с вами, мисс Аштон. С тех пор, как в учебных заведениях запретили использовать розги, учителям стало сложно находить общий язык с учениками. Может быть, сами что-нибудь посоветуете? Фантазия у вас богатая.