В свое обеденное время он приезжал. Это я его так попросила.
Потом ждала его с работы, мы ужинали, долго разговаривали. Мы были вместе, я была ему нужна, я его спасала.
Поздно вечером он отвозил меня домой.
Так мы договорились.
Не знаю, как для него, но для меня опять наступило время моей жизни.
Сын нуждался во мне.
Я была с ним.
Где-то через год он стал приезжать не всегда, потом все реже и реже.
Я поняла — у него появилась женщина. Или любовница.
В общем, я опять осталась на обочине. Пустая квартира, одинокие долгие вечера, спать ночью не хотелось. Я включала телевизор и забывалась под всякими глупыми сериалами.
Читать хорошие книги не получалось. Пробовала, читаю, а сама о другом думаю. О своей жизни, о Сене, о растущей где-то внучке…
Внучка, расскажу потом, уже через несколько лет приехала. Ей исполнилось восемнадцать, и мать отпустила ее в полет самостоятельно — увидеть бабушку.
Конечно, я была счастлива, но это уже был не мой ребенок. Говорить с ней о чем-то не получалось.
Так что большую часть времени она проводила с отцом, который специально на недельку взял отпуск.
Женщину, которая появилась у сына, звали Татьяна. На двенадцать лет моложе. Ну, это не беда, сын еще и сам очень молодой.
Он меня с Татьяной познакомил. Она сразу как-то мне улыбнулась — и все! Мы стали родными.
А так ничего не изменилось. Они жили сами по себе, я сама по себе. Я стала верить, что там, что-то есть, что ходит где-то Сеня. Потом он перестал ходить. Просто сидел на скамейке и ждал меня.
Я уже устала жить. Не хотела.
Все боятся заболеть, например, раком. А я иногда думала — вдруг у меня обнаружат рак, и я хоть и медленно, но уже совершенно точно умру.
Сама себя лишить жизни я не могла.
И опять меня сын спас.
Через три года жизни с Татьяной, он пришел ко мне и что-то мялся, ххххх, тянул время.
Я не выдержала:
— Что у тебя стряслось?
Он облегченно вздохнул:
— Мам, мы с Татьяной решили пожениться!
— Это информация или вопрос?
— А если вопрос, то, что ты не разрешишь?
— Что, ребенок?
Он обнял меня и шепнул в ухо: — девочка!