– Аксель и его брат не могли договориться, как управлять компанией после смерти их отца. Они часто ругались по этому поводу.
– Я читала, что ЭТР выкупили в конце шестидесятых, – замечает Ребекка, выпрямляя спину. – Думаю, она стоила немалых денег.
– Да.
– И куда они делись?
Бабушка задумывается и стряхивает здоровой рукой крошки.
– Сложно объяснить, – отвечает она в конце концов.
– Но ты же должна была что-то унаследовать после его смерти?
– Я не хочу говорить об этом.
– Но почему? Вы же были женаты? – выпаливает Ребекка, но тут же жалеет о сказанном, увидев выражение бабушкиного лица.
– Милая моя, – вздыхает бабушка, – я не в силах.
Ребекка прикусывает губу. Бабушку волновать она не хочет, но в то же время девушке непонятно, как можно прозябать в бедности после замужества с успешным предпринимателем. Она самый заботливый человек из всех, кого ей довелось встретить. Значит, и женой была великолепной – Ребекке не представить себе иного, – так почему же ей ничего не досталось? Несправедливо получается.
В этот момент без стука заходит медсестра, при виде выпечки ее лицо озаряет улыбка.
– Миндальный кекс, как мило!
– Да, – кивает Ребекка. – Хотите попробовать?
– С удовольствием.
Бабушка откидывается назад и устремляет взгляд за окно. Ребекка молча наблюдает за ней. Она чувствует нарастающую потребность выяснить, что скрывает Анна. Пазл никак не складывается в единое целое, чего-то не хватает. Господи, Ребекка даже не знала, что ее дедушка был одним из совладельцев «Электротоваров Рунстрёма».
– Очень вкусно, – говорит медсестра.
– Рада, что вам понравилось, – отвечает Ребекка. На самом деле ей хочется задать Анне еще вопросы о дедушке, но бабушке, похоже, такое не выдержать. И все равно Ребекка никак не может отделаться от мыслей о том, что нашлось в бабушкином в книжном шкафу. Почему Анна просила Сив уничтожить ее письма и откуда у нее клочок бумаги с логотипом нацистской Германии? Внучке не хочется, чтобы между ними возникало отчуждение, но в то же время она полагает, что имеет право знать о своих корнях больше. Когда бабушки не станет, спрашивать будет некого. Если не воспользоваться этим шансом, Ребекка может так никогда и не узнать историю своей семьи.
По пути домой Ребекка останавливается у продовольственного магазина. Ей надо пополнить бабушкины запасы и прикупить продукты для выпечки.
Проходя между полками, она слышит, как кто-то окликает ее. Ребекка удивленно поднимает глаза и на расстоянии нескольких метров видит парня в джинсах и с татуировкой на шее.
– Ребекка Экблад? – переспрашивает он, снимая солнечные очки. – Это ты?
Она непонимающе качает головой.
– Микке, – представляется он, хлопая себя по груди. – Микке Клинт.
– Да-да, – неуверенно отвечает Ребекка.
– Черт, как классно, что ты здесь! Мы не виделись с самого окончания школы, но в свое время провели вместе незабываемую ночь.
Ребекка в панике оглядывается по сторонам, чувствуя, как покрывается испариной. Она лет сто не встречала никого из гимназии и удивлена, что он узнал ее несмотря на то что в те времена была она брюнеткой, носила темную одежду и тонну косметики.
– Я переехала, – быстро отвечает Ребекка. – В Стокгольм.
– Понятно. Да, конечно, я слышал об этом. Ну, рад, что у тебя все в порядке.
– Спасибо.
Микке смотрит блуждающим взглядом.