Мой взгляд скользнул по письмам на журнальном столике. Я, конечно, не читал все, но уже в первом из открытых цифра была больше — минимум на один нолик в конце. Надо же, какая щедрая подачка. Похоже, этот тип принял нас за наивных провинциалов, которых можно облапошить на раз-два. Даже гнилая хибарка на окраине стоит больше, а у нас тут целые запасы скверны.
— Этот дом стоит дороже, — озвучила Дарья очевидное всем.
— С учетом обстоятельств цена более чем выгодна, — делец даже не моргнул.
Для кого же, интересно?
— Десять тысяч, — повторил он, словно речь шла о самой лучшей сделке в нашей жизни, — которые вы сможете забрать прямо сейчас, — и выразительно тряхнул чемоданчиком в руке.
Кожаные стенки, казалось, аж распирало изнутри. Вот только с учетом озвученной суммы — рублевыми купюрами, что ли?
“Кажется, кто-то держит нас за идиотов, — прищурился Глеб. — По-хорошему или как обычно?”
“По-деловому. Как учил твой отец.”
Даже стало интересно узнать предел этой безграничной щедрости.
— Но вы же слышали, — я перехватил взгляд дельца, — дом стоит дороже.
— Наверное, вам стоит предложить побольше, — вкрадчиво протянул друг.
Гость с легким беспокойством переступил с ноги на ногу, будто удивленный, что мы еще не повелись.
— Я услышал вас, господа, — мгновенно переобулся он. — Приложу все силы и уговорю своего клиента на двадцать тысяч.
“О, двадцать тысяч — двадцать походов в стрип-бар,” — с иронией подсчитал Глеб.
— Двадцать тысяч — это очень не мало, господа, — делец явно решил, что мы раздумываем, и снова перешел в боевой режим: — За этот геморрой! Конечно, вы можете попробовать справиться с домом сами. Но это очень сильный, очень страшный дом. Вы можете провести здесь долго: недели, месяцы, а может и годы, обуздывая все это, — он обвел рукой черные капли на стенах. — Подумайте, оно вам надо? Когда выгоду можно получить уже сейчас…
И ведь говорил же с искренним недоумением, как от такого прекрасного предложения можно вообще отказываться. Интересно, а если бы из стены сейчас вылупился глаз, он бы повысил цену или, наоборот, понизил?
— Зачем вам эти проблемы? Есть хороший человек, который готов купить дом, снять этот груз с ваших плеч…
Ага, и переложить на свои. Тот, кто его послал, и правда думает, что здесь откровенные лохи? Судя по посреднику — да.
— И кто же ваш щедрый клиент? — полюбопытствовал я.
— Он пожелал остаться анонимным. Но если вы готовы на сделку, деньги получите прямо сейчас, — деловой жук снова тряхнул чемоданчиком.
— Увы, — я покачал головой, — но мы по-прежнему не заинтересованы в вашем выгодном предложении.
На миг в его глазах мелькнула досада, и тут же губы растянула радушная, все понимающая улыбка человека, всегда готового войти в ваше положение.
— Хорошо, — закивал он. — Ради вас иду на риск. Тридцать тысяч! Но это последнее предложение! Выгоднее уже не будет…
“Соглашайся, — с сарказмом бросил Глеб, — целый месяц будем каждый день по стрип-клубам ходить!”
— То есть вы считаете, что это справедливая цена за дом? — уточнил я.
— Да, это справедливая цена за дом, — ответил делец, звуча крайне убедительно. — Уж поверьте моему опыту, я не одну такую сделку провернул. Вы еще и в плюсе останетесь…
— Хорошо, — кивнул я. — Мы согласны на тридцать тысяч.
— Да? Вы согласны? — он аж подскочил на месте, словно сам не поверил, что развел-таки простофиль.
— Да, — сказал я, тоже звуча крайне убедительно. — Только не рублей.
— А чего? — мигом отозвался жук. — Долларов? Фунтов стерлингов? — и чуть руки не потер в предвкушении, решив, что сделка будет еще выгоднее.