Читать книгу «"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19» онлайн.

– Так… Сожгли, говоришь? – Новость огорошила ротного. Но что поделать, когда бывает и так? Хочешь как лучше, вроде спасаешь людей, а в итоге отсылаешь их на смерть.

– А я еще говорил, что встретимся, – вздохнул Александр.

Он допускал мысль: встреча не состоится, только причина была иной. Бой-то продолжался, и удастся ли выйти из него живым, знали лишь на небесах. Может, действительно весьма скоро доведется встретиться, только в иных краях.

Сурен лишь виновато пожал плечами. Хотя, он-то здесь при чем?

– Ладно. Потом горевать будем, – сразу подвел итог капитан. Не хватало сейчас разводить лишние словеса! Информация получена, дальше же надо думать о более насущном. Как продержаться оставшееся время, когда патроны постепенно подходят к концу. И не только патроны. Есть определенная мера стойкости. Люди устали, а тут еще противник напирает, словно ввел в дело свежие силы.

И левой кистью действовать почти невозможно. Разве что обхватывать нужное большим пальцем и подобием остальных, словно клешней. Кажется, кости пальцев перебиты. А вот боли в горячке боя почти не ощущается. Если бы еще стрелять с одной руки было так же легко, как с двух! Что кровь все течет, то ладно. Вся не вытечет.

Но не по себе чуточку было. Вдруг потом коновалы отхватят кисть, и останешься на старости лет одноруким? Словно в молодости оказаться инвалидом было бы легче.

– Отходить надо, – буркнул Громов. – Не удержимся тут.

Собственно, отходить до бесконечности тоже невозможно. Следующий рубеж, у церкви, был последним. Дальше пускать врага было нельзя. По крайней мере, до завершения эвакуации.

Долго же тянут! Впрочем, ход времени – понятие субъективное. Кому держаться – для того тянется, кому всех увозить и уводить – для тех едва ползет.

Мимолетный взгляд на часы. Стрелки словно не сдвинулись. Даже они против небольшого отряда, который ротой уже не назовешь.

У Карпова часов уже не было. Слетели при попадании осколка, а разбиты ли или валяются целыми, до огромного фонаря.

– Двумя волнами, – решил Александр. – Опять первым Денис, пацаны, а возглавишь их ты.

Последнее относилось к ротному.

– Так, может, все сразу? – предложил старший лейтенант. – Они же еще справа прут. Да и ты ранен. А раненых положено в первую очередь.

Там действительно сейчас шумело сильнее, чем с фронта. Тут хоть улица, какое-никакое, а все открытое пространство. А там, среди дворов, подкрасться гораздо легче, и бой идет на предельно малых дистанциях. Хорошо, Сурен помог, обошел обходивших, отбил первый натиск.

Но как объявятся не только с фланга, но и с тыла!

– Хорошо. Тогда – вы дворами, я улицей. Только осторожно. Хватит с нас потерь… Хоть этих бы спасти… Либераса всех мать!

Возможно ли уберечь кого-то в бою? Офицеры не могли знать, что за полминуты до этого последний Апостол схлопотал сразу две пули. Не наповал, Петр даже не потерял сознание, только воевать он уже не мог.

– Сильно? – Худойбердыев находился ближе всех и потому заметил случившееся первым.

Петр лишь сцепил зубы. Боль была адской. Автомат стал неподъемно-тяжелым, но в сознании продолжала биться единственная мысль: надо воевать, раз все еще не закончилось.

– Ждать надо мал-мал. – Худойбердыев старательно вколол раненому промедол. Все как учили. Надо сделать укол, значит, надо. Только еще решить: уволакивать пострадавшего или стрелять дальше?

По всему выходило: надо помочь, но ведь противник никуда не делся, а четыре автомата больше, чем три. Подсказал бы кто! Пока же Худойбердыев высунулся и несколькими очередями остудил пыл противника. Затем магазин опустел, и пришлось менять его на новый.

– Ты прости меня, – пробормотал Петр.

– Что? – Худойбердыев не понял и потому склонился над раненым.

– Говорю: прости. – Каждое слово давалось Апостолу с трудом, но казалось, надо обязательно помириться со всеми, кого хоть раз обидел.

Ответа он не дождался. Граната от подствольника разорвалась рядом, в каком-то полуметре, нашпиговав осколками обоих. Даже взрыв они уже не услышали.

– Чурку с Апостолом накрыло! – Серанцев как раз посмотрел в ту сторону и не сдержался от восклицания.

– Кого? – отозвался Николай, но дальше в ответе не нуждался. Лишь билась мысль: надо посмотреть, вдруг кто из ребят жив? Только как, когда стрелять надо? А тут еще перезарядка магазина, но затвор заело из-за нагара, и пришлось досылать его одетой в башмак ногой. Передернул, значит, стрелять будет.

Серанцеву стало дурно. Сейчас убьют и его! Ничего уже в жизни не будет, и самой жизни тоже. Пуля ли, осколок, что-нибудь попадет. Противник рядом, даже странно, что до сих пор не попал.