Пропали два человека. И что? Сразу не хватятся. Мало ли что бывает?
Действительно, мало ли?
Лагерь в предгорье
– Чую, лагерь ихний где-то рядом. – Бычехвостов сдвинул на затылок фуражку и вытер пот со лба. – Скорее всего, вон за теми холмами.
Речь индейца ничем не отличалась от речи простого казака. С кем общался, от тех и нахватался.
Яков смотрел на казака с немым вопросом, и Бычехвостов счел нужным пояснить:
– Истоптано здесь сразу с нескольких сторон. И место там должно быть укрытое. Ворогам ведь что надобно? Налететь, а затем запрятаться. Здесь они, Яшка, не сумлевайся. Нутром чую.
Казаки переглянулись. Они и раньше двигались с исключительной осторожностью, теперь же надлежало превратиться в невидимок. Самое главное в воинском деле – разведка. Узнать все о противнике, когда он даже не подозревает о тебе, и тогда можешь делать с ним, что душе угодно.
Шли в сторону, то и дело спешивались, поднимались на холмы да прикидывали дальнейший путь.
– Вон, смотри! – шепотом вымолвил Бычехвостов уряднику.
– Вижу. – Бакланов распростерся на вершине и тоже наблюдал за возникшим на отдаленном холме индейцем.
Последний явно занимался тем же, чем казаки: наблюдал за окрестностями. Только делал это не таясь, стоя во весь рост. До него было с версту, и разглядеть подробности не представлялось возможным. Зато удостоверились в главном – противники действительно находятся здесь. Следовательно, большая часть дела сделана. Найти кого-то на бескрайних просторах порою гораздо сложнее, чем победить.
Терпения казакам было не занимать. Сближались медленно, пользуясь любой складкой местности. Наблюдатель давно исчез, ушел к своим приятелям, следовательно, на данный момент вряд ли в лагере много народа. Несколько человек, стерегущих вещи и добычу. Иначе охрана была бы постоянной.
Воинский закон един для всех: вышел в набег, будь и сам готов к ответному нападению. А в ратных делах индейцы отнюдь не являлись новичками. В правильной баталии против регулярной армии дети прерий не имели никаких шансов на победу. Зато по части коротких набегов, действий из засад, налетов равных им было мало. Разве что казаки, которые тоже из века в век применяли ту же тактику.
И все равно, приближение врагов исконные жители равнин проворонили самым позорным образом.
Бычехвостов пешим осторожно поднялся на ограждающую предполагаемый лагерь скалу и довольно быстро скатился вниз.
– Там они! И барин наш там. Индейцев четверо. Кони, поклажа… Явно команчи…
Четверо было не страшно. Равные силы, чего уж там опасаться? Потому атаковать решили в конном строю. Самое простейшее решение. Налететь, одолеть, подобрать Кюхельбекера… Главное – внезапность и стремительность. Пока еще придут в себя, уже все и закончится.
И уже не столь важно, почему именно команчи вышли на тропу войны, да еще так далеко от своих территорий.
– Надо хоть одного в плен взять, – напомнил Бакланов. – Узнать, сколько их всего, кто такие…
– Возьмем, – согласился Бычехвостов. – Чего уж не взять?
– Ну, с богом! – урядник проверил, легко ли выходит из ножен шашка, и поудобнее перехватил пику.
Бычехвостов и Жадов предпочли взять в руки ружья. Четвертый казак, Крюков, решил последовать примеру начальника. Промахнуться на скаку – дело обычное, а пика не подведет.
Уже тронулись, когда обернувшийся назад Жадов тихо произнес:
– Еще индейцы!
– Где?
Остальные успели увидеть лишь одиночного всадника, очень далеко, на пределе видимости спускающегося в очередной распадок.
Ситуация резко изменилась. Возвращающихся налетчиков вполне могло быть несколько десятков. Тут или выжидать, или отступать.
– Атакуем! – с юношеским задором повторил Яков и покосился на ружья в руках казаков. – По возможности – тихо. Спасаем барина и уходим. Там видно будет… Если что… Помните, какая-то груда камней вдали маячила? Вот туда и отойдем.
Ружья мгновенно были спрятаны. Выстрел слышно издалека. Зачем же заранее давать знать о себе?