Читать книгу «"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19» онлайн.

– Я смотрю, Лафит устроился тут всерьез. И не боится, – заметил Липранди.

– Кого? У Испании уже нет сил. У России – еще нет. Англии и Франции это не касается, а Америке даже на руку, – привычно, как старожил, разложил все по полочкам де Гюсак. – Нет, когда-нибудь предприятию придет конец, но несколько спокойных лет работы у Лафита имеется. А там мало ли что может измениться в жизни? Здесь бывало всякое. Та же Луизиана успела побывать французской, испанской, снова французской, а затем была продана Америке. Да и продажа Мексики… Кто еще года два назад мог бы предполагать, что она вдруг станет русской? Хотя после того, как стала русской Калифорния, и зная таланты графа Резанова, это совсем неудивительно. Признаться, даже хотелось познакомиться с этим замечательным человеком.

Липранди кивнул, соглашаясь с тем, что изменилось многое. Но не только здесь. С низвержением Наполеона прекратились войны в Европе, и теперь появилась надежда на долгий и прочный мир между великими державами. Как и на восстановление прежнего порядка и законных прав исконных царствующих династий.

– Это вся флотилия Лафита? – перевел разговор на другую тему Липранди и кивнул на пару стоявших в бухте небольших кораблей.

– Что вы! Конечно, состав может меняться, но предприятие Лафита достаточно серьезно, и людей у него немало. Скорее всего, остальные находятся на промысле, а здесь стоят недавно пришедшие или те, которые нуждаются в ремонте, – возразил Гюсак.

В подтверждение его слов даже отсюда было видно, что на одном из кораблей идут какие-то работы. Какие именно, Липранди, как человек сухопутный, толком не понял, да и есть ли разница?

Теперь его внимание переключилось на раскинувшийся на берегу бухты поселок. Самые разнообразные дома, от временных хижин до вполне основательных построек, стояли вольготно, на расстоянии друг от друга, и оттого Кампече казался больше, чем был на самом деле. Но и без визуального обмана по здешним меркам поселение было не малым. Все же относительно.

На фоне самых разнообразных строений особенно выделялся окрашенный в красный цвет дом, который недурственно смотрелся бы не только на пустынном острове, но и где-нибудь в центре любого города Нового Света. Да и Старого тоже.

– Насколько понимаю, жилище Лафита, – прокомментировал Липранди.

– Наверное, – кивнул де Гюсак.

Да и кому мог принадлежать лучший дом поселка, как не самому главному из жителей? Если верить бумагам самозваного правительства – не просто жителю, а губернатору отдаленного участка суши.

Тем временем пришедшие суда стали на якоря, и на воду были спущены шлюпки.

На правах хозяина Лафит первым успел достичь берега и, уже стоя там, встречал приглашенных коммерсантов.

– Прошу, господа! – Главарь флибустьеров радушно приветствовал перекупщиков. Он не только первым переправился на сушу, но и успел коротко переговорить кое с кем из остававшихся в Кампече людей. – Товара за последние дни прибавилось, потому, думается, выбор у вас будет велик. Но для начала пройдем ко мне и немного отметим прибытие на Галвестон. Все равно по времени выйти в море до темноты вы не успеете, и можно чересчур не спешить.

Мужчины согласно загомонили и двинулись следом за Лафитом. Как и предполагали Липранди и Гюсак – к красному дому.

У входа в жилище, почтительно согнувшись, застыла пара негров. Как полагается благородному человеку, Лафит не собирался обходиться без рабов.

– В одном конце Кампече живут семейные люди, в другом – неженатые, – по ходу дела объяснял «губернатор». – Что поделать, господа? Мир не совершенен, и приходится следить за покоем на вверенном мне острове. Моряки – народ бурный, и в противном случае тут может случиться всякое. Хотя я уже пообещал, что любой нарушитель немедленно познакомится с пеньковым галстуком. А мое слово крепко.

Вопреки опасениям Липранди отметили прибытие скромно. Чуть выпили, а затем дружно под руководством хозяина устремились к складам. Все четверо коммерсантов, считая Липранди и Гюсака, первым делом желали выбрать товар и лишь затем, пока выбранное будет грузиться на суда, были готовы спокойно посидеть за выпивкой и обедом.

Склады в Кампече ломились от разнообразного добра. Здесь было едва ли не все, что перевозили по морю купцы. Тут были и предметы роскоши, и готовые изделия из Европы, и местное сырье. Лишь выбирай да втихомолку жалуйся на вместимость трюмов собственного судна. Как ни стремись, всего не увезешь.

И выбирали, споря между собой об отдельных товарах и даже проводя тут же, прямо по ходу, небольшие стихийные аукционы. Торговались в цене, прикидывали возможную выручку – словом, вовсю занимались делом.

Липранди больше полагался на опыт компаньона и по сравнению с собравшимися выглядел форменным молчуном. Остальные непрерывно что-то доказывали и говорили, говорили, говорили…

Наконец с выбором и расчетами было покончено.

– Что ж, господа, как только отдадите необходимые распоряжения, жду вас у себя, – сказал Лафит, когда компания вновь появилась на свежем воздухе.

Времени до темноты оставалось мало, и особо с погрузкой можно уже было не спешить. Все равно не успеешь, так, может быть, лучше завтра с самого утра?

– Жан, вашими людьми воспользоваться можно? – спросил Липранди.

– Разумеется. Но договаривайтесь с ними сами, – хмыкнул Лафит. – В таких делах я над ними не хозяин.

– Договоримся. Вон они у вас какие здоровые. – Липранди кивнул в сторону бредущего вдоль улицы крепкого мужчины в матросских штанах и расстегнутой до пояса рубахе.

Мускулатуре моряка в самом деле позавидовал бы и мифический Геракл.

Практически все здесь собравшиеся, за исключением Липранди и Гюсака, не ведали ни о каком Геракле. К чему бессмысленные знания? Уважающий себя человек должен делать деньги, а не умствовать и забивать себе голову всякими небылицами. Здесь, по другую сторону океана, к северу от Мексики, складывалась иная цивилизация, и ее основой служили отнюдь не романтики, а практичные люди, многие из которых почему-то в Европе считались преступниками или, на худой конец, просто отщепенцами.

– Таких и у меня мало. Это – русский, но силен, зараза, – с невольной гордостью сообщил Лафит.