Черт, совсем забыла…
Она схватила ключи и побежала назад к машине.
Автомобиль взвизгнул шинами, и Хелен завернула на парковку. Воспитательница стояла на крыльце, держа Чарли за руку.
Хелен выскочила из машины.
— Извините, пожалуйста.
— Миссис Уитли… — начала воспитательница.
— Зовите меня Хелен. — Интересно, почему все, кто собирается устроить ей головомойку, непременно обращаются к ней официально?
— Уже десять минут седьмого. Это неприемлемо.
— Совершенно с вами согласна, — ответила Хелен. — Прошу меня простить.
Несмотря на все свои усилия, Хелен взяла в руки книгу «Цена нелюбви»[4] только в десять вечера.
К двум часам ночи она дочитала ее до середины и отложила. Напрасно, конечно, но Хелен, видимо, приболела — ее знобило, и она не могла согреться даже под пуховым одеялом.
Она выключила свет и легла рядом с крепко спящим Нейтаном, зная, что долго не сможет заснуть.
Следующим вечером члены книжного клуба сидели за пустым металлическим столом посередине кухни в доме организатора группы.
— Я не могла читать эпизод, в котором Кевин стреляет в одноклассников, — призналась одна женщина. — Какой ужас!
Организатор клуба, дама в длинной широкой юбке, мудро кивнула.
— А чем вызвано его поведение — природными наклонностями или воспитанием?
— Первым, — автоматически сказала Хелен.
Организаторша выразила несогласие.
— Все гораздо сложнее. Как мы можем определить, родился он таким или же стал из-за недосмотра родителей?
— Таким родился, — повторила Хелен, — к гадалке не ходи.
— Но что сделала мать, чтобы исправить ребенка? Что она могла предпринять?
Хелен потянула тонкую золотую цепочку на шее.
— Да она из кожи вон лезла, а сын ее с самого детства ненавидел.
— Интересное мнение, Хелен. — Женщина наклонилась вперед. — Но действительно ли он ненавидел ее? А как же то время, когда Кевин болел? И как вы объясните, что он подарил матери глазной протез?
Хелен снова схватилась за цепочку: до этого места она не дочитала.
Она сама не заметила, как встала.
— Прошу прощения, мне только что написала няня. — И Хелен быстро вышла из дома, на ходу сняв плащ с вешалки.
В машине она проверила телефон. Ничего. Стелла так и не сочла нужным ответить на ее вчерашнее сообщение. Какая черствость. Ведь Хелен не покушалась на все свободное время сестры, а просто хотела поддерживать связь.
Хелен покачала головой. Эгоистка.
Она включила поворотник и отъехала от тротуара, размышляя о том, как легко живется Стелле.
[4] Роман Лайонел Шрайвер (2003), написанный от лица матери Кевина — мальчика, устроившего в школе резню.