— Мы даже не знаем, точно ли хотим детей. — Стелла сжала кулаки. — Мы просто решили положиться на судьбу. И вот ничего не случилось. Я хочу, чтобы жизнь вернулась в прежнюю колею, когда все было просто и весело. Хватит мучительных размышлений.
— Еще не все потеряно, — повторил он.
— Тебе это безразлично, да?
Джордж мгновенно отпустил ее, словно отбросил ядовитую змею, и отвернулся.
— Мне тоже нелегко.
Джордж стоял на кухне, с другой стороны стола, напротив Стеллы. Он не садился. Неизвестно почему.
Потом он глубоко вздохнул.
— Мы можем усыновить ребенка.
— Не уверена, что я этого хочу.
Джордж нахмурился.
— Это все равно будет наш ребенок.
— В таком случае от нас многое не зависит, и мы не сможем жить как прежде. Я даже не знаю, действительно ли мне это надо, или я просто пытаюсь следовать логике традиций. Возможно, неудача — знак свыше, что нам не нужно иметь детей. Вроде как жизнь показывает нам путь.
Джордж с раздражением хлопнул руками по столу.
— Это из «Парка юрского периода».
— Ну и что?
— Только ты неправильно цитируешь: там было «Жизнь пробьет себе путь», а тут совершенно противоположный смысл. Суть в том, что…
— Я понимаю, в чем суть. А что ты думаешь? Стоит ли нам продолжать попытки?
— Ты же знаешь, я стараюсь избегать твердых мнений.
— Ну и черт с тобой! — крикнула Стелла с такой яростью, что Джордж даже попятился. — По этому поводу у тебя должно быть твердое мнение. — Она понизила голос. — Если ты собираешься принять одно-единственное решение в жизни, то это как раз тот случай.
— Ты хочешь, чтобы я принял решение за нас двоих? Тебе так будет легче?
— Я устала. Я не хочу больше расстраиваться и теряться в догадках. Я хочу точно знать, что происходит, на все сто процентов, в любом случае. — Стелла говорила куда-то вниз, глядя на свои сложенные на груди руки. — Ты всегда спокоен, не принимаешь никаких решений и не берешь на себя ответственности за нашу жизнь. Все это лежит на мне. Так же как ты постоянно обещаешь записаться на курсы вождения. Нечестно взваливать все на меня.
Джордж снова ударил ладонями по столу.
— Если ты в очередной раз заикнешься про «груз ответственности», я уйду из этой квартиры.
Стелла не поднимала головы.
— Я не против учиться вождению, просто руки еще не дошли. Курсы стоят дорого, и двух машин мы себе позволить не можем. На работу я хожу пешком, поэтому не понимаю, какая беда в том, что я не умею водить. И когда ты выходила за меня замуж, — Джордж старался не повышать голоса, — ты знала все мои недостатки. А теперь ты хочешь изменить меня в корне? Это не по правилам.
— Мне нужно услышать от кого-то, надо ли продолжать попытки забеременеть, — сказала Стелла, глядя на свои колени. — Я растерялась и не могу сама принять решение.
— Но мы живем иначе, Стелла. Ты хочешь, чтобы мы действовали, как другие люди. — Джордж глубоко вздохнул. — Давай немного подождем. Тебе нужно расслабиться. Говорят, когда стараешься забеременеть, нельзя волноваться…
— Давай-давай, продолжай, просто супер. — В сарказме Стеллы не было ни капли юмора. — Хочешь сказать, твои сперматозоиды чувствуют мою тревогу и отказываются работать с яйцеклетками слабонервной женщины?
— Конечно же, я не это хотел сказать.
— Может, твоим сперматозоидам просто не нравятся мои яйцеклетки. Может, мы не приспособлены для того, чтобы иметь детей. Может, мы просто отталкиваем друг друга, потому что мы не пара. Как магниты с одноименными полюсами.