Я обернулась и увидела, что к нам спешит беременная жена Бориса.
– Ну нет, – буркнул себе под нос мой спутник. – Если у тебя есть желание, то болтай с этим хамлом сколько душе угодно. Сам в беседе участвовать не желаю.
И балбес живо удалился. Я изумилась – парень оставил меня, свою напарницу, одну? В незнакомом месте? С женщиной, которая проявляет в отношении гостей яркую агрессию? Он не знает, как работать в паре? Ладно, ему ничего не объясняли, мне подсунули «чистый лист», но Кирилл мужчина, разве хорошо бросать меня один на один с истеричкой? Я никого не боюсь, справлюсь и с разъяренным мужиком, но оцените ситуацию с точки зрения обычного человека!
Тем временем Арина приблизилась и зашептала:
– Простите, пожалуйста! Я не такая! Не злобина! Не грубиянка! Просто… ну… не могу с собой справиться! Бесят все! Даже Боря!
Я улыбнулась.
– И не думала на вас сердиться. Все будет хорошо! Родите здорового малыша, успокоитесь.
– Спасибо, – всхлипнула Арина, – вы супер.
Глава девятая
– Общество натуральных людей, – сообщил Димон.
– Есть ненатуральные люди? – развеселился Лавров.
– Вот, послушайте, – продолжил Коробков, – зачитываю информацию на их сайте: «Мы, «натуральные люди», хотим жить так же, как наши предки».
– В пещерах, – продолжал смеяться Кирилл. – Знаю прикольный случай. Один идиот…
– Давай займемся делом! – попросила я Лаврова.
Лавров вскочил.
– Ясно! Тут Сергеева хозяйка. Если ей кто не нравится, то человек отправляется в задницу.
Я заморгала, а Димон оторвался от экрана компьютера.
– Таня очень вежливо попросила не говорить о пустяках. Ничего обидного с ее стороны не прозвучало!
– Понятно, – перебил его Кирилл. – Сергеева ничего из себя не представляет, обычная баба. Но она одна в объединении руководит бригадой. Почему такая честь? Ответ прост: для удачной карьеры следует удачно с кем-то переспать. А уж если вышла замуж за начальника, то жизнь удалась.
Маргарита Филипповна открыла свою сумку, порылась в ней и вытащила две небольшие коробки.
– Кирилл, это вам.
– Зачем? Что это? – не сообразил балбес.
– Гомеопатия, – объяснила Розова. – Никакого вреда организму. Слева «Антиозверин», справа «Антиглупин». Следует принимать по два шарика каждого пять-шесть раз в день.
– На что намекаешь? – покраснел Лавров. – Я всегда говорю правду в лицо. Не нравится? Значит, попала стрела в больное место. И чего ты-то выступаешь? Надеешься главной угодить? А я понять не мог, почему в бригаде два члена, у которых совокупный возраст тысяча лет, а руководит ими бегемот. Сейчас возникла ясность: здесь стойбище тех, кого выгнать по разным причинам нельзя, а допускать к нормальной работе опасно! Глупостей натворят, потом десять лет не разобрать!
Маргарита Филипповна вынула из сумки и еще одну коробку, на сей раз красного цвета. Эксперт определенно собиралась что-то сказать, но балбес ее опередил:
– Ладно, мне вас жаль! Поэтому готов руководить пенсионерским отделением. Пусть Танька напишет заявление об уходе, остальных я обучать начну и…
Димон медленно встал, оперся руками о стол. Я не один год проработала бок о бок с Коробковым, мы с ним побывали в разных передрягах и научились понимать друг друга без слов.
– Дима, не надо, – тихо попросила я.
Приятель ответил почти цитатой из советского кинофильма, любимого до сих пор миллионами зрителей:
– Надо, Таня, надо.