Витька, посомневавшись, все-таки согласился с ним.
Легли спать. Ленька все думал о походе и никак не мог заснуть. Он и до ста считал про себя, и снотворные стихи про слонов вспоминал - ничто не помогло. И как это только Витька сумел так быстро заснуть! На всякий случай Ленька спросил:
- Витя, ты спишь?
- Нет, - охотно отозвался тот. - А ты?
Ленька засмеялся.
- Как же я могу спать, если спрашиваю?
Переговариваясь о том, о сем, пытались предугадать, из каких ценностей будет состоять клад, и наконец заснули, сами не заметив как.
Утром Ленька сходил домой, принес два яйца, сваренных вкрутую, батон, кетовой икры и соль. Позавтракали. Еще раз обсудили разработанный вечером план и тут выяснили одну его слабую сторону.
Дело в том, что Котька жил в Витькином доме, только в другом подъезде. Идти нужно было вдвоем, потому что один мог не справиться. А как идти, если почти весь дом знает Витьку? Увидят его, скажут матери или отчиму, шум пойдет…
Выход один: пройти так, чтобы никто не узнал. Витька изменил себе прическу, сделав челку, которая доставала почти до глаз, и надел Ленькину тельняшку. Теперь, пожалуй, даже бы мать не сразу его узнала…
Дверь ребятам открыла Елизавета Егоровна. Она встретила их не особенно радостно. С подозрением осмотрела, поджала губы, как будто собиралась ругаться.
- Здравствуйте, Елизавета Егоровна! - громко и очень вежливо сказали Ленька и Витька.
Елизавета Егоровна сразу смягчилась, ласково улыбнулась и сказала:
- Проходите, проходите. Костюшок немножко приболел… А ты, Витя, тоже, видно, морской болезнью заразился: тельняшку где-то достал…
Сначала разговор не клеился. Поговорили о чугуне, о карете «скорой помощи», а о главном - ни слова, потому что Елизавета Егоровна все время крутилась поблизости и чутко прислушивалась к разговору ребят.
Чтобы отвлечь ее внимание, Витька решил рассказать ей, как он рыбачил в деревне и как один мальчик засадил себе в палец крючок, из-за чего пришлось вызывать врача…
Хитрость удалась. Елизавета Егоровна на некоторое время ослабила бдительность, заинтересованная Витькиным рас-сказом, и спохватилась только после того, как Котька весело воскликнул:
- Понятно!
- Что понятно? - голосом опытного следователя спросила Елизавета Егоровна.
- Да вот… это… Леня говорит, что в чугуне надо кашу варить и что у меня голова не варит, раз я чугун надел…
Такая тема разговора, видно, устраивала Елизавету Егоровну, и она даже похвалила Леньку за благоразумие и рассудительность.
Когда выходили из дома, Витька поинтересовался:
- Порядок?
- Порядок! Лестницу веревочную я ему под подушку сунул, все подробно объяснил.
Глава шестая
ЕЛИЗАВЕТА ЕГОРОВНА ОРГАНИЗУЕТ ПОГОНЮ
Елизавета Егоровна вернулась из магазина и сердитым голосом рассказала Котьке о том, что мальчишки-хулиганы привязали какой-то кошке к хвосту пустую консервную банку. Кошка бегает по площади, а банка гремит.
- Тоже мне родители, - возмущалась Елизавета Егоровна. - Я бы на их месте этих сорванцов держала дома взаперти, как вот тебя сейчас… Надоело тебе дома сидеть?
Котька не отвечал.
- Я тебя спрашиваю… Спишь ты, что ли? - Елизавета Егоровна подошла к кровати и убедилась, что в ней никого нет.
- Хватит баловаться! Куда ты спрятался? Вылезай!