Бледная кожа была покрыта черными пятнами, тело едва не разлагалось заживо. Но запаха гниения не было, а это значило лишь одно.
— Плохо дело… его сфироты отравлены.
— Знаю, — кивнула Химера, закусывая губу. — Очень давно его ранили маги в тяжелой битве. Он сказал, что для лечения ему нужно много сомы, но сколько бы я ни приносила, лучше не становилось! Гигас, ты можешь ему помочь?
Я посмотрел в открытые глаза: бог явно спал. Из его рта выходила трубка для воздуха, на шее и руках — датчики, подключенные к приборам. Если Химера собрала это все в одиночку, ей пришлось проделать грандиозную работу.
Я прикрыл веки, погружаясь в астрал.
Тело бога тускло светилось на фоне звездной черноты пространства. Мутная, дрожащая, аура с едва заметными пятнышками сфирот.
Их осталось всего три.
Седьмой сфирот был выжжен, как мой, наверняка еще при низвержении. Три следующих — Защиты, Контроля и Разума, — едва держались от истощения. Я взглянул ниже и содрогнулся.
На месте второго сфирота было уродливое черное нечто, изъеденное язвами и ссохшееся, как курага. Вся сфера напоминала обглоданный червями гриб, и страшная зараза вовсю пожирала соседние сфироты.
— Это эрозия сомы, — я открыл глаза. — Страшная чума, изобретенная не то магами, не то падшими богами для медленного и мучительного убийства. С ней можно бороться, если уцелел хоть один фрагмент сфирота жизни, я могу попробовать…
— Уже поздно.
Низкий, глубокий голос разнесся по залу, вызвав мурашки по всей спине.
— Хозяин! Простите, что пришла так поздно! Я…
— Ты не виновата, — он даже не открывал рта, голос звучал по всей комнате, словно его издавал сам воздух. Бог слабо улыбнулся и скосил глаза на меня.
— Не думал, что увижу тебя вот так, Гигас…
Меня словно молния пронзила.
— Откуда ты знаешь меня?
— Хозяин, берегите силы! Сейчас я передам вам его сому, и вам станет легче. Дай руку, Гигас, чего ты встал?
Я нахмурился, глядя в астрал.
— Сома ему уже не поможет, Химера. Он прав.
— Ложь… — девчонка отшатнулась, бледнея как мел. — Ты бесстыжий лжец! Ты же обещал мне! Отдай ее, всю, мне плевать, выживешь ты или нет, я!..
— Успокойся, — одно его слово заставило девчонку испуганно замереть и закрыть рот. — Эрозия уже пожрала мой сфирот жизни. Теперь лечение — это пустая трата сомы.
— Н-нет…
Она рухнула на колени, обхватив голову.
— Я опоздала… Простите, я опоздала, это моя вина…
Химера тихо причитала, роняя слезы на пол. Слова Создателя были приговором и для нее.
Я не знал ни одного живого существа, даже химеру, которая не хотела бы жить.
А голос загудел снова.
— У меня мало времени, Гигас. Подойди ближе.
Я знал, чего хочет древний бог. Его истощенное тело едва держалось и могло в любой момент погибнуть. Но мы должны были поговорить.