– Лутц, еще кружок, и выходи. Ты же простудишься!
Людвиг Олькерт возвел глаза к потолку, но кивнул своей жене Еве.
– Ты же знаешь, что я спускаюсь сюда, чтобы расслабиться? – произнес он со вздохом.
– Конечно, дорогой, – резко ответила Ева, но не сдвинулась с места. Она стояла на краю бассейна и наблюдала за ним. Людвиг снова вздохнул и продолжил плавать в ледяной воде. Несколько лет назад в доме построили лечебную комнату Кнейппа – врач рекомендовал. Она якобы сохраняла молодость. Людвиг не мог ничего сказать по этому поводу, но ему нравилось проводить здесь время, наблюдая за парком, который был виден через панорамные окна. У таких мужчин, как он, почти не было времени на себя. Почти не было времени, чтобы отдохнуть. Он всегда работал, а когда не работал, то размышлял о работе. Но здесь, внизу, ему удавалось расслабиться, хотя бы несколько минут. Вода была настолько ледяной, что отгоняла любые мысли. Именно это ему и нравилось. Он чувствовал себя бодрее, энергичнее и наслаждался возможностью перезарядиться. Судя по всему, Ева каким-то образом узнала об этом и теперь была полна решимости мешать.
– Ты знаешь, что сегодня Зедерлунды приедут кататься на коньках?
– Ты уже говорила мне об этом за завтраком, – спокойно ответил Людвиг. Почему, черт возьми, она не могла оставить его в покое?
– Грегор, полотенце. Достаточно! У него уже губы посинели. Ты похож на сливу, весь сморщился. – Ева подозвала слугу, который послушно поднес огромное полотенце, готовясь укутать в него Людвига.
Вздохнув, Людвиг вылез из бассейна.
– Разве ты не говорила, что у тебя сегодня много дел? – Он подошел к тазу с водой, наклонился и опустил предплечья в ледяную воду. По позвоночнику побежали мурашки, но Людвиг не подал виду. Когда Ева продолжила говорить пронзительным голосом, ему захотелось опустить под воду и голову. Он любил жену, но ему было бы достаточно видеться с ней за ужином.
– Доктор Богерт говорит, что процедуры Кнейппа помогают от варикозного расширения вен, – сказала Ева, приподняв брови.
– Вот как? – Людвиг прекрасно понимал, на что она намекает.
– Думаю, сейчас самое время для визита.
– Дорогая, это неприлично. Давай подождем, пока Альфред вернется домой.
– Но ведь мы теперь семья! Разве мы не должны…
Людвиг решительно покачал головой и вытащил руки из таза. Грегор подскочил к нему с полотенцем наготове.
– Давай подождем, – сказал он. – Спасибо, Грегор. Подай мне чай на террасу!
– Дорогой, на улице холодно, – запротестовала Ева.
– Я надену халат. После плавания мне хочется выпить чай на свежем воздухе, – ответил он, кутаясь в свой махровый халат. – Не хочешь составить мне компанию?
– Ради всего святого! Я же простужусь. Да и ты тоже, вот увидишь, – отозвалась Ева.
Людвиг удовлетворенно кивнул:
– Тогда тебе лучше вернуться наверх.
Она обиженно поджала губы.
– Вечно ты со своим чаем! Почему бы тебе не выпить настоящего кофе? По крайней мере, он на вкус не как помои!
Людвиг рассмеялся, добродушно покачал головой, но не ответил.
– Что значит болезнь Альфреда для судоходной компании? – спросила Ева, и Людвигу стало ясно: так просто она не отстанет.
– Пока ничего, дорогая. Франц будет представлять его интересы. Он готов к этому.
Ева задумчиво кивнула.
– Я беспокоюсь только о Розвите, – сказала она, – в конце концов, на карту поставлено ее будущее.
– На карту ничего не поставлено, Ева. Мы с Францем тесно сотрудничаем. Он достойно представляет своего отца, уверяю тебя. К тому же у него есть я. Я помогаю ему принимать правильные решения. – «Те, которые считаю правильными», – подумал Людвиг с удовлетворением. – Через несколько лет Альфред все равно отойдет от дел. Лучше, чтобы мальчик научился управлять компанией уже сейчас. – «И мы наконец-то избавились от старого барана с его устаревшими идеалами», – мысленно добавил он. – С Розвитой все будет хорошо. Случись что, мы всегда сможем оказать ей финансовую поддержку.
Ева раздраженно нахмурила брови.