Обсуждали так шумно и эмоционально, как будто бы каждое из этих событий было связано с Одессой. Да и участники событий – главы иностранных держав – были им лично знакомы и, даже более того, были их близкими друзьями или, наоборот, злейшими врагами.
После революции «пикейные жилеты» перебазировались на Соборку и здесь, сидя на скамеечках и опираясь на палочки, уже без кофе и мороженого, продолжали обсуждать и строить самые невероятные предположения.
Белые пикейные их жилеты, правда, уже не выглядели такими белыми и пикейными, да и соломенные шляпы-канотье как-то поистрепались, но старички все еще жарко спорили, кипятились, выходили из себя, хватали друг дружку за лацканы и невероятно шумели, но только… тихо…
Шумели тихо, а то… не ровен час…
Одной из излюбленных тем «пикейных жилетов», кроме, конечно, идеи объявления Одессы «вольным городом», был… десант.
«Пикейные жилеты» всегда «ждали» десанта.
И неважно какого – белого, красного, зеленого – в зависимости от власти, которая в то конкретное время была в Одессе.
В июле 1920-го слухи о «большом белом десанте из Крыма» достигли таких масштабов, что большевистская власть даже сочла необходимым поместить в газете опровержение «злостных слухов, запущенных разными темными элементами».
Но «злостные слухи» в конце концов оказались правдой: 10 августа 1920-го в 5 часов утра на Сухом Лимане с крейсера «Кагул» действительно высадился сводно-драгунский полк генерала Врангеля и в городе установилась белая власть.
Так что белый морской десант 1920-го, предсказанный «пикейными жилетами», действительно произошел.
Но зачем возвращаться в 1920-й?
Вот ведь чуть более месяца назад, 22 сентября 1941-го, под Одессой был осуществлен советский морской десант.
Для румын он был абсолютно неожиданным, но Одесса…
О, Одесса, как вы понимаете, прекрасно «знала», что готовится десант, и, конечно, ждала его с нетерпением.
Стояла холодная осенняя ночь. Грозно ревело море.
В 1:25 корабли Черноморского флота неожиданно открыли мощный артиллерийский огонь по районам Чабанки, Григорьевки, Шицли. В 1:28 в районе Шицли был выброшен парашютный десант, а еще через 7 минут, в 1:35, в районе Григорьевки высадилась морская пехота.
Застигнутые врасплох румыны даже не успели понять, откуда взялись эти мокрые черные дьяволы.
Громовое: «Ур-а-а! Полундра-а-а!» пронеслось над лиманами.
Это было ужасно, особенно потому, что доблестная румынская армия изначально до смерти боялась морской пехоты и при виде черных бушлатов и полосатых тельняшек в расстегнутых воротах тут же бросалась наутек. В Одессе ходила шутка, что, убегая от нашей «Полундры», румынские вояки для скорости сбрасывали на ходу свои боканчи.
Результаты морского десанта оказались трагическими для румын: шесть населенных пунктов были потеряны, две пехотные дивизии разгромлены, около 2000 солдат погибли, 4000 были ранены и 200 сдались в плен.
Линия фронта отодвинулась от города на 5–8 км.
А генерал-полковник Гальдер записал в «Крейгстагебух»: «Отступление румын под Одессой очень неприятно…»
Сам Антонеску, к счастью для него, десанта не видел и громового «Ура-а-а! Полундра!» не слышал, но и того, что ему рассказали, было достаточно.
Опасность высадки советского десанта стала для него постоянным кошмаром, и можно с уверенностью сказать, что не раз он вскакивал среди ночи в холодном поту, «услышав» вопль: «Полундра-а-а!»
Но десант десантом, а все же главной опасностью, поджидавшей его в Одессе, были… жиды.
Несмотря на уверения «канальи» Тресториану, что всех вооруженных жидов разоружили и уничтожили, ему все еще продолжало казаться, что где-то, в городе или в катакомбах, эти «вооруженные до зубов» прячутся и вполне могут выскочить…
Как они могут выскочить и что смогут сделать в переполненном жандармами городе, он не особенно ясно себе представлял, но все равно – было страшно…
«Вооруженные до зубов евреи» – абсурд?
Ой, не скажите!
Вооруженные до зубов