Три года на планете Марс: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Штиллер был поражен удивительной роскошью и величием устройства всего здания. Какой ничтожной показалась ему по сравнению со всем этим его собственная обсерватория там, внизу, на холме возле Штутгарта! Он приблизился к одному из гигантских телескопов.

И принялся внимательно рассматривать небо. Кое-где сверкали созвездия или отдельные звезды, хорошо знакомые ему. На самом западе стояла поразительно крупная, сверкающая красным огнем звезда, которая особенно заинтересовала профессора. Судя по ее сравнительно большой близости к Марсу, это была, несомненно, сама Земля! Ученый старательно навел телескоп на заинтересовавшее его небесное тело. Предположение Штиллера оказалось верным. Благодаря отличавшимся поразительной силой стеклам и чистоте атмосферы Марса, он мог отчетливо рассмотреть матушку-Землю. Различные материки и моря выступали на ней совершенно ясно. От северного полюса книзу можно было даже проследить контуры отдельных стран, выделявшихся на Ледовитом так же, как и на Атлантическом океане, а вон то — да, теперь он это ясно рассмотрел — то, что теперь резко обрисовалось в телескопе, по всем приметам должно было быть Германией.

С радостным волнением Штиллер сообщил товарищам о сделанных им наблюдениях и пригласил их в свою очередь бросить взгляд на далекую дорогую родину. Один за другим все ученые последовали его приглашению.

— Невероятно и все же верно! Это положительно зрелище, единственное в своем роде! Впервые видим мы из огромной дали Землю и нашу родину! — воскликнул с восторгом Гэммерле.

Астрономы с Марса и Патриарх также по очереди посмотрели в телескоп. Они уже знали, откуда приехали сегодня утром эти странные чужеземцы, и легко могли заключить при виде волнения, с которым они наблюдали за одной определенной точкой далекой планеты, что часть, находящаяся в настоящую минуту в поле зрения телескопа, должна быть родиной их гостей.

— Как жаль, что мы не можем вести разговора с нашими здешними коллегами! Какой интересный и поучительный обмен мнений мог бы произойти между нами! — заметил Штиллер своим товарищам, когда они после немого прощания покинули обсерваторию.

— Мы прежде всего должны как можно скорее изучить язык жителей Марса. Знание этого языка — необходимое условие для наших дальнейших расследований, — ответил Гэммерле.

— Верно сказано! — согласился Пиллер; остальные воздухоплаватели кивнули головой в знак согласия.

Оба спутника Марса стояли на небе в виде полных лун, когда ученые шли домой. Луны висели в воздухе подобно двум большим, поставленным друг на друга шарам, и обливали своим серебристым светом тихий ландшафт. В то время, как Фобос, ближняя, меньшая по размерам луна, быстро двигался с запада на восток, большой, более отдаленный Деймос, двигающейся медленней своего сотоварища, тихо плыл в обратном направлении. Это было такое чарующее и единственное в своем роде зрелище, что сыновья Земли разразились шумным восторгом при виде этой волшебной лунной ночи. Медленными шагами брели они домой, наслаждаясь в полной мере чудесами марсовой ночи.

Глава V

ЛУМАТА И АНГОЛА

Следующие недели прошли для гостей Патриарха в приятном сообществе с ним самим и остальными жителями марсовой колонии. Чужеземцы прилагали все свое усердие и внимание к скорейшему изучению местного языка. Прежде всего, они с этой целью записали все наименования самых разнообразных предметов.

После этого они установили связь между этими предметами и их деятельностью или качествами и получили таким простым образом ключ к самому языку.

В человеческом мире все подвигается крайне медленно; нигде настоящий успех не идет в семиверстных сапогах. И семеро ученых легко могли убедиться в том, что жители Марса достигли поразительно высокой степени культуры в течение многих тысячелетий.

По мере того, как ученые делали успехи в понимании всего окружающего их, в них все сильнее укоренялось убеждение, что жители Марса вполне соответствовали тому идеалу, которого на Земле достигали только самые лучшие и благородные из людей.

Все прекрасное, истинное и доброе, о чем они на родине лишь мечтали, встречалось им здесь наяву; все дышало красотой, благородством и правдивостью, и вся жизнь носила на себе печать благотворной спокойной деятельности. Этой обширной страной, несомненно, управляло мудрое правительство, хотя ученые и не замечали нигде должностных лиц, подобных тем, которые на далекой их родине повсюду бросались в глаза.

Семеро ученых чувствовали себя необычайно хорошо в своем новом месте жительства, и вовсе не думали о возможности вернуться обратно на Землю. Марситы, как они назвали жителей Марса, обходились с ними, как с дорогими, старыми друзьями, совершенно равными себе, и гостеприимство оказывалось им в такой деликатной форме, что оно ничуть не стесняло их, пробуждая лишь желание и дальше пользоваться им.

Для самого «Мирового пловца» также нашлось вполне подходящее помещение. На лугу, на который спустился шар, был тихо и незаметно выстроен обширный железный, крытый стеклом сарай. В этот-то сарай и поместили «Мирового пловца». Различные повреждения, как большие, так и маленькие, которые потерпел шар во время долгого пути, были исправлены марситами так искусно, что Штиллер попросту онемел от изумления при виде такой ловкости. Люди, живущие здесь, наверху, по своему искусству и опытности в самых трудных вопросах воздухоплавания, показались ему настоящими волшебниками.

Часто занимал ученых вопрос, чем они могут заплатить марситам за оказанное им радушное гостеприимство; они отлично понимали, что долго пользоваться подобной любезностью безвозмездно невозможно. Тогда они решили сообща, что впоследствии каждый из них постарается чем-либо, сообразно со своими призваниями, быть полезным марситам, чтобы выразить им свою признательность в подходящей форме.

Время проходило. Оно принесло ученым лучшее познание и понимание своеобразного мира, окружавшего их. Прежде всего, им удалось установить, что их местожительство находится на северном полушарии Марса, вне жаркого пояса. Умеренный пояс Марса достигал как на севере, так и на юге лишь тридцать пятого градуса широты. Дальше начиналась прохладная область. Тогда как эта область была населена лишь определенным классом марситов, как сообщили ученым; главная масса населения жила внутри тридцать пятого градуса к северу и к югу от экватора.

Что существование этого населения должно быть тесно связано с огромными каналами, давно уж предполагалось профессором Штиллером и другими астрономами, наблюдавшими за Марсом. Теперь это предположение обратилось в уверенность.

Атмосфера планеты походила во многом на земную. Но, так как на Марсе существовали лишь сравнительно гораздо меньшие по размерам океаны и внутренние моря, то воздух, окружавший планету, в среднем заключал в себе меньше влаги и водяных паров, чем земной, и благодаря этому ощущался недостаток сильных дождей. Правда, во время чудных прохладных ночей выпадала такая обильная роса, что растительность сохраняла постоянно полную свежесть, но все же этих водяных осадков не было достаточно для потребностей растительного мира. Благодаря всему этому, марситы были принуждены искусственно восполнить этот недостаток. Таким образом возникли каналы, тянущиеся до полярных стран, откуда они летом разносили во все стороны воды, накопившиеся от таяния огромных масс льда, скопившегося на полюсах. Одно грандиозное выполнение этих достигающих тысяч километров длины водяных путей, которые местами стекались в гигантские искусственные центральные бассейны, тщательность и заботливость, с которой они поддерживались, указывали на высокую степень культурности местных жителей Марса.

Регулирование водоснабжения было точно приспособлено к местным потребностям и ко временам года. Благодаря такому устройству и бесконечному количеству меньших каналов и канав, разветвляющихся во все стороны, на Марсе никогда не бывало засухи. Прямым последствием обильного орошения являлась роскошная, пышная растительность, которой наши ученые не могли налюбоваться. К этому еще присоединялось отсутствие диких зверей, ядовитых гадов и опасных насекомых. Сыновья Земли попали в настоящий рай!

Эти многочисленные водяные пути служили в то же время и лучшими и простейшими путями сообщения для жителей Марса. Неудивительно, что каналы пестрели целыми массами всевозможных судов. Но несущиеся по прозрачным волнам глубоких каналов суда не отравляли благоухающего воздуха дымом своих труб. Все они, как предназначенные для пассажиров, так и служащие для перевозки тяжестей, приводились в движение электричеством и совершали свои рейсы бесшумно и быстро.

Наши ученые уже совершили не одну поездку на этих удобно и элегантно устроенных судах. Но во время этих поездок они лишь весьма поверхностно ознакомились с остальной страной и ее обитателями. Все виденное ими только усиливало первое благоприятное впечатление и укрепило их в убеждении, что они находятся в стране, пользующейся безупречным управлением. Все жители Марса, несмотря на различие местоположения, не только были везде одинаковы, то есть говорили на одном и том языке и жили в одинаковых жизненных условиях, как их собратья из Луматы, как называлась колония, куда попали воздухоплаватели, но во всех разнообразных местностях, которые посетили чужеземцы, им бросалась в глаза известная равномерность в распределении имущества и полное отсутствие не только нищеты, но и бедности.

Больших городов на Марсе совершенно не существовало. Тут встречались лишь большие или меньшие группы домов, повсюду сплошь окруженные зеленью. Только около одного большого озера, в двух днях пути от Луматы по направлению к югу, ученые нашли единственный намек на большой город. Тут расположилась довольно значительная колония с многочисленными, выделяющимися по своей архитектуре, зданиями, которые раскинулись правильно проведенными улицами. Этот истый город дворцов особенно поражал величавым спокойствием, царящим в нем, своей необычайной опрятностью и блеском и великолепием своих общественных садов.

Сыновья Земли, еще не вполне владевшие местным языком, лишь сумели понять, что это место, называвшееся Анголой, было центральным местопребыванием Мудрых, Веселых и Серьезных. Что это были за классы? Вернувшись домой, они стали расспрашивать об этом Эрана, патриарха. Патриарх как-то странно улыбнулся при этом вопросе и ответил своим любопытным гостям, что позднее он как-нибудь сам проводит их в Анголу, чтобы познакомить со своими тамошними братьями, которые, впрочем, уже давно уведомлены об их пребывании в Лумате так же, как о происхождении и путешествии.

Вначале тюбингенские уроженцы были совершенно поглощены своими экскурсиями, записыванием ежедневных наблюдений, добытых ими, новых впечатлений и изучением языка, но, привыкнув к серьезной, энергичной деятельности, они смотрели на приятную и идеально прекрасную жизнь на Марсе, как на род вечной праздности.

Целый год уже прошел с того дня, когда они начали свое путешествие на Марс. Но в то время, как внизу, на родной Земле, стояла у дверей зима со снегом и морозами, здесь наверху, в Лумате, царила вечная весна, хотя марситы и называли время года, в котором они находились в настоящее время, довольно поздним.

Год на Марсе делился на семь частей, которые выражали как периоды деятельности в природе, так и ее периоды отдыха. Считая по-земному, каждый подобный промежуток времени заключал в себе приблизительно пятьдесят два дня. Отдельные периоды назывались:

1. Пора пробуждения.