– Запас дуэлей? Это как так?
– Необходимая мера: тут каждый второй маг считает себя отличной боевой единицей, – усмехнулся Стейн.
Пока шли к столовой, я узнала детали.
В месте, где девяносто процентов адептов парни, поединки – зло, которого избежать не выйдет. Запреты привели лишь к тому, что администрации приходилось вызволять особо рьяных поединщиков из отделений полиции. В итоге ректор и его зам нашли решение вполне в духе Эмерсона: на год каждому студенту дается двенадцать дуэлей. Такое количество удовлетворит самых рьяных. К тому же в их распоряжении полигоны и арсенал, если приспичит помахать мечами вместо магического боя.
Но если ты использовал двенадцать попыток, попадешь под особый надзор замректора. И не дай тени и солнце, тебе приспичит получить еще один вызов. Отчислят за неуравновешенность. А это сомнительный билет в будущее. Неадекватный и недоученный студент не нужен ни в другом вузе, ни на приличной работе. Поблажку давали только для команды. Их не выгоняли из института за тринадцатую дуэль. Выгоняли из команды.
У Юрга осталось три попытки.
– Он что, получил четыре вызова за сегодняшний день? – Я схватила Стейна за рукав и отдернула руку.
Змей проследил за мной с насмешкой и интересом.
– Помну! – выпалила первое, что пришло в голову.
– Мни, – разрешил Стейн. – Ты все верно поняла.
Я судорожно перебирала в голове правила поединков, пытаясь понять, при чем тут он.
– Я для них интересней Юрга, – пояснил Змей, открывая дверь столовой.
Интересней? То есть они откажутся от дуэли с шатеном, чтобы побить Стейна?
– А у них что, тоже больше нет попыток? – Я озадаченно нахмурилась.
– А ты догадливая, – усмехнулся Змей, протягивая мне Беллу и кивая на стол, за которым сидели Кристоф и Вард, оба в форменных мантиях.
Ну вот, а блондин плакался, что его без обеда оставят!
– Иди садись. Или думаешь, я два подноса не донесу? – Стейн снова показал на стол.
Донес, еще и как. Красиво, одной рукой. Точно потомственный официант: один пальцами держит, второй на предплечье стоит. Я даже засмотрелась и чуть не села мимо скамейки.
Кристоф со смехом подцепил меня под локоть.
– Впечатляет? Наш боевой друг не только чужие заклинания может гасить, он еще и подносы как циркач крутит! – просветил блондин, помогая устроить Беллу на столе. – Видела бы ты его в таверне матери!
Вард согласно кивнул, зачерпывая из тарелки мясную похлебку.
Интересно, у матери Змея есть таверна?
– Может, еще увидит, – улыбнулся Змей и ловко водрузил передо мной поднос с похлебкой, салатом, пирожком и чаем.
Мой живот тут же неприлично заурчал. Белла поддержала, тявкнула, села на попу и принюхалась.
– Тебе пока нельзя человеческую еду. – Я отодвинула поднос от любопытной лисички.
Белла обиженно опустила уши и отвернулась.
– Еще немного – и заговорит! – усмехнулся Кристоф, к которому она оказалась мордой.
– Боишься конкуренции? – подколол Змей, усаживаясь напротив меня.
– Какая конкуренция с такой красоткой? – Крис показал ложкой на Беллу.
Откушенный от перчатки палец свалился на стол.