Служанка вышла.
— Нет ничего лучше лыж, правда? — сказал Ник. — Знаешь, это ощущение, когда начинаешь съезжать по длинному спуску.
— Да! — сказал Джордж. — Так хорошо, что и сказать нельзя.
Служанка принесла вино, и они никак не могли откупорить бутылку. Наконец Ник вытащил пробку. Служанка вышла, и они услыхали, как она в соседней комнате запела по-немецки.
— Кусочки пробки попали. Ну, не беда, — сказал Ник.
— Как ты думаешь, есть у них какое-нибудь печенье?
— Сейчас спросим.
Служанка вошла, и Ник заметил, что у нее под передником обрисовывается круглый живот. «Странно, — подумал он, — как это я сразу не обратил внимания, когда она вошла».
— Что это вы поете? — спросил он.
— Это из оперы, из немецкой оперы. — Она явно не желала продолжать разговор. — У нас есть яблочная слойка, если хотите.
— Не очень-то она любезна, — сказал Джордж.
— Что ж ты хочешь? Она нас не знает и, наверно, подумала, что мы хотим посмеяться над ее пением. Она, должно быть, оттуда, где говорят по-немецки, и она стесняется, что она здесь. Да тут еще беременность, а она не замужем, вот и стесняется.
— Откуда ты знаешь, что она не замужем?
— Кольца нет. Да здесь ни одна девушка не выходит замуж, пока не пройдет через это.
Дверь отворилась, и в клубах пара, топая облепленными снегом сапогами, вошла партия лесорубов. Служанка принесла им три бутылки молодого вина, и они, сняв шляпы, заняли оба стола и молча покуривали трубки, кто прислонясь к стене, кто облокотившись на стол. Время от времени, когда лошади, запряженные в деревянные сани, встряхивали головой, снаружи доносилось резкое звяканье колокольчиков.
Джордж и Ник чувствовали себя отлично. Они очень любили друг друга. Они знали, что впереди еще весь долгий обратный путь.
— Когда тебе нужно возвращаться в университет? — спросил Ник.
— Сегодня вечером, — сказал Джордж. — Мне надо поспеть на поезд десять сорок из Монтре.
— Хорошо бы ты остался, мы бы завтра махнули на Дан-дю-Лис.
— Я должен закончить свое образование, — сказал Джордж. — А что, Ник, если бы нам пошататься вдвоем? Захватить лыжи и поехать поездом, сойти, где хороший снег, и идти куда глаза глядят, останавливаться в гостиницах, пройти насквозь Оберланд, и Вале, и Энгадин, а с собой взять только сумку с инструментами да положить в рюкзак запасной свитер и пижаму, и к черту учение и все на свете!
— И еще пройти через весь Шварцвальд. Ух, и места же!
— Это где ты рыбу ловил прошлым летом?
— Да.
Они съели слойку и допили вино.
Джордж прислонился к стене и закрыл глаза.
— Вино всегда так на меня действует, — сказал он.
— Тебе плохо? — спросил Ник.
— Нет, мне хорошо, только чудно как-то.
— Понимаю, — сказал Ник.
— Ну да, — сказал Джордж.