Великий и Ужасный - 2: читать начало книги онлайн

Потому я сделал ему кофе на песке, достал с прилавка заварное, подал, как полагается, на блюдечке с голубой каемочкой, выделил от щедрот своих даже вилку с ножиком — мало ли он аристократ. Или там — дегенерат, они тоже ножом и вилкой печенье есть могут. А потом сказал:

— Падажжи, сейчас сдачу принесу.

И пошел в подсобку. Сдача у меня была даже тут, на кассе, но раз начали мощностями меряться — то надо держать фасон до конца. Так что я достал из-под лежака три мешочка с мелочью — там были в основном осьмушки и четвертаки, по сотне денег в каждой таре, отсыпал на глазок половину из одного из них и с гордым видом притащил всё остальное к стойке.

— Сдача!

ЛЯП! Мелочь в тряпичных мешочках глухо звякнула, эльф закатил глаза, эльфийка — улыбнулась. Ура! Улыбнулась! А то хмурая как бука ходила, аки дикий лесной житель, пусть и симпатичный. А вот так вот — настоящее солнышко. Солнышко, которое с пятисот метров простреливает печень хуорна одним выстрелом. Это всегда нужно в уме держать, иногда внешность куда как обманчива — мне ли об этом не знать?

В общем, эта Эзи, или Асси — как-то так ее звал Брегалад — уселась с самым независимым видом за один из столиков, а ее родственничек — за соседний. Я, пока суд да дело, вооружился тем самым квадратным трофейным тесаком и тихо-мирно принялся рубить овощи и ссыпать их в контейнеры. Запас на будущее никогда не повредит!

Эльфы сверлили друг друга взглядами, а потом Брегалад сказал:

— Как думаешь, долго ты тут продержишься в этих шортиках, без жилья и работы? На одних эмоциях далеко не уедешь, сестрица. Я, конечно, могу встать и уйти отсюда, формально — имею на это право, ты совершеннолетняя и выразила свою позицию недвусмысленно, находясь в здравом уме и трезвой памяти. Но… Ты ведь сама попросишь о помощи уже утром!

А потом повторил:

— Ни денег, ни жилья, ни работы… Ты понятия не имеешь, как жить во внешнем мире.

Она насупилась — получилось это у девушки премиленько, но было видно, что эльфийка всерьез задумалась. Идеалы — идеалами, но те же снага, увидев одинокую эльфийку в шортиках, в лучшем случае захотят ее, например, сожрать. И она это понимала. И вот-вот могла передумать, а потому я мигом достал из-под прилавка аспидную доску и написал на ней мелом:

VAKANSIYA! RABOTA ISHCHET TEBYA!

v ORDU na rabotu trebuyutsya

raznorabochie, barmeny-kassiry, operatory hotdozhnyh telezhek, uborshchiki, baristy, paramediki i taksidermisty

predostavlenie zhil’ya ryadom s rabotoj, medicinskaya strahovka v medcentre «H’yanda Envin’yatare»,

dvuh komplektov specodezhdy

unikal’nyj kollektiv superprofessionalov!

oplata truda sdel’naya dlya trudoustrojstva obratites' k barmenu, ego zovut Babaj.

Здешняя гребаная грамматика заставила меня попотеть, но когда я поставил точку после слова «Бабай» и поставил доску на стойку, подперев контейнером с местным аналогом пекинской капусты, лица эльфов меня вознаградили в полной мере за мои мучения! У Брегалада глаза были огромные, как те блюдечки с голубой каёмочкой, а у девушки на лице снова появилась улыбка.

— Видишь! Это всё знаки судьбы! — сказала она.

— О, Эру великий, ты что, серьезно? Начитаются своей этой Паэльи… Коульи? И потом с ума сходят! Это не знаки судьбы, это мелькоров черный урук с уродливым тесаком в руках.

— А мне кажется — он миленький! — с вызовом произнесла эльфийка, я было уже раскатал губу, как она тут же припечатала: — Очень хороший баланс, металл приличный, и заточка знатная. Ничего не уродливый, красивый тесак!

Черт, черт, черт, она просто создана для того, чтобы работать в «Орде»! Она стопудово впишется! Ну, давай, девочка, сделай шаг, а? И она сделала! Подошла к самой барной стойке, пальцем брямкнула по стоящему тут же звоночку и сказала:

— Айе! Я по объявлению. Вас Бабай зовут? А меня — Эсси. Эссириэ Ронья. А что такое «оператор хотдожных тележек»? И зачем вам таксидермисты?

Эта Эссириэ Ронья очень естественным движением заправила выпавшую из прически-каре прядь волос за свое удивительно ушко. И посмотрела на меня совершенно невероятными блестящими карими глазками, склонив голову. Просто капец какой-то. Сдержаться и не фигануть через стойку тройную сальтуху было очень сложно. Но я сдержался. Я парень мощный, я тут вообще самое главное чудище на Маяке, мной маленьких детей пугают! Что мне какая-то там влюбленность.

Да?

Глава 8

Духи не знают усталости

На крыше «Орды» стоял навес — большой, примерно десять на десять метров. Под навесом с привлечением гоблинов, вторчермета и ордынской матери я оборудовал тренажерку. Ну, штанги из радиаторов, гантели из карбюраторов… Да, да, не было тут карбюраторов уже давным-давно, тут электрокары катались. Но я понятия не имел, как назывались эти железяки, да и насрать мне на их номенклатуру, если честно.

Еще мы организовали турник из гномьего железа, на стальных рельсах. И брусья — тоже из рельсов. Хурджин вызвался поработать испытателем, и после того, как он подтянулся все разы и отжался на брусьях сколько угодно, было признано — оборудование годное. Даже Перепелка одобрил, хотя он предпочитал руконогомашество и фехтование, называя атлетику «развлечением для бройлеров». Но мы-то с Хурджином и были настоящими бройлерами, тролль так и вовсе мог претендовать на звание самой главной инстасамки, то есть — индоутки, наверное. Так что тягать тяжести наш фитнес-инструктор в целом не запрещал, но только — после основной тренировки.

С Хурджином у Кузьмы Демьяныча сложились очень интересные отношения. Попытка навязать троллю классический фехтовальный поединок закончилась тем, что синюк исполнил что-то вроде капоэйры — оперся на руки и вманал киборгу обеими колонноподобными ногами в грудную клетку. Вахмистр улетел к парапету с дикой матерщиной, потом — встал, подкрутил усы, перехватил меч каким-то хитрым хватом и принялся лупить тролля везде и сразу, и со всех сторон.