Глубокий шумный вдох оглушил как звуком, так и изумлением от осознания. Меня… нюхали. Я бы даже сказала — обнюхивали, медленно и вдумчиво, спускаясь ниже по шее к плечу.
Шок. Просто шок. У меня. И задумчивое исследование у дракона.
Великие Грани…
— У вас всё хорошо? — искренне не зная, как на подобное следует реагировать, не очень уверенно и очень смущённо спросила я тихим хриплым шепотом.
Сглотнула нервно и вздрогнула вновь всем телом, когда нежной, очень чувствительной кожи шеи коснулись поразительно нежные губы мужчины.
Это не было поцелуем… я понятия не имею, чем это было, но касание вышло едва ощутимым и скользящим, щекотным… яркие острые мурашки горячей волной разбежались по всему телу.
Мысли юркими пташками засверкали в голове, перед глазами, несмотря на непроглядную темноту, всё начало расплываться… Расплывающаяся однотонная тьма — то ещё зрелище.
— У меня от тебя кровь кипит, — игнорируя необходимость быть тихим и не привлекать внимание всех тех, кто нас, вообще-то, искал за дверью, ужасно низким хриплым голосом выдал дракон. — Я осознал странности ещё тогда, в Зандаре, когда ты исчезла прямо из моих рук…
В коридоре закопошились, расслышав голос.
Не обращая внимания, кажется, уже вообще ни на что, дракон сделал ещё один глубокий шумный вдох, коротко резко выдохнул и рывком отодвинулся на расстояние вытянутых рук, продолжая, впрочем, напирать, удерживая ладонь на двери над моей головой.
— По всем законам здравомыслия я должен тебя убить, — утробно прорычало существо, которое сейчас будто само с собой сражалось…
Времени на его внутренние терзания у нас не осталось.
Резко ударив раскрытой ладонью по дереву, сжала пальцы второй руки на вороте дракона и свалилась спиной в открывшийся портал, утянув с собой мгновенно напрягшегося, но не сопротивляющегося мужчину.
Мы успели за секунду до того, как дверь кабинета слетела с петель.
На востоке Эре́йского моря, к юго-западу от Раделии, притаилась цепь крохотных островков. Нашей империи они достались вместе с Оси́дой, небольшим приморским государством, вошедшим в состав Раделии больше ста пятидесяти лет назад. В летние месяцы острова пользовались огромной популярностью у аристократии, в остальное же время пустовали. Сейчас, в середине осени, здесь не наблюдалось ни одного человека, лишь раз в несколько месяцев приходила с континента лодка, чтобы вытереть пыль и проверить, всё ли в порядке.
Безлюдность — основная причина, по которой я любила это место. Особенно деревянную беседку в конце длинного причала на одном из островов.
Конечной точкой перехода указала именно её, даже не задумываясь.
В последний момент, за краткий миг до приземления, дракон успел перевернуться так, что спиной на узкие тёмные доски упал именно он. Я, охнув, свалилась сверху.
И ладно бы просто свалилась, этот меня ещё и руками сверху придавил так, что ни шевельнуться, ни вдохнуть!
Я попыталась. Поёрзала, дёрнулась — дракон внизу окаменел и крайне напряжённо велел:
— Замри!
Когда дракон что-то приказывает вот таким тоном — лучше послушаться.
Что-то мне это всё напоминает…
Я вынужденно легла обратно, опустив щеку на застывшую без дыхания грудь. Нет, в другой ситуации я бы ни за что и никогда… но Нэрен держал крайне неудобно, прижимая к себе с силой и не позволяя мне всунуть между нами руки, чтобы я могла на него хотя бы локтями опереться. Как тогда, в Зандаре. Держать голову поднятой и шею вытянутой было неудобно и даже больно. Вот и пришлось лечь и послушно замереть.
Ему требовалось приложить ещё совсем немного усилий, сжать руки чуть сильнее, чтобы мои кости треснули… Моя жизнь фактически находилась в его руках.
Прикрыв глаза, постаралась не дрожать, осторожно втянула носом воздух… И в одно мгновение вновь перенеслась далеко-далеко, туда, где всегда царило тепло, где в воздухе вспыхивал сладкими кислинками аромат цитрусовых, где раскалённый песок дрожал от рёва древних могущественных существ…
— У меня безупречный слух, — внезапно прозвучало уже не хриплое, а вполне нормальное, только безмерно насмешливое снизу.
Поняла, что мне уже совсем не страшно, а очень хорошо, и этот удивительный, чуть пьянящий аромат исходил от лежащего подо мной мужчины, и я уже несколько раз с наслаждением вдохнула пропитанный его запахом воздух…
Но если бы я всегда безоговорочно признавала свою вину, моя жизнь оборвалась бы давным давно.
— Всё, мы уже упали. Спасибо за… эм, спасение, а теперь отпусти меня, пожалуйста, — оставив замечание без внимания, попросила очень вежливо, между прочим.