– Случилась жизнь, – она отвернулась, не желая продолжать разговор.
Вернулся довольный Сэм. С лёгкостью пёрышка упал рядом с Карлом. Аарон вытащил яблоко и метнул прямо ему в нос.
– Вот гад! Зачем ты это сделал? – он уже грыз яблоко.
– Чтобы не расслаблялся, – улыбнулся Аарон.
4
Синяя дверь приоткрыта.
Аарон видел с позиции наблюдателя собственное воспоминание, потаённое вездесущим и неотвратимым глазом истины в самых тёмных глубинах подсознания. Маленький он стоял с родителями. С неба падали белые хлопья, а под ногами хрустел снег. Позади могучий и бессмертный Томалин. Единственное место на свете, где после осени красные листья не опадают и всю зиму сияют, как оранжевые лампочки на новогодней ели. Они хотели выбраться оттуда, пройти через пространственный мост, но путь преградил крепкий мужчина с руками, подобными молотам. Он снял с головы шлем. Это был Карл. Злобный, энергичный и более молодой. Лицо изуродовано шрамами от ожогов, о происхождении которых Аарон не догадывался. Звука не было, только образы и картинки пейзажа. Он был слишком мал, чтобы акцентировать внимание на разговорах взрослых. Неожиданно Карл вытащил из плаща плазматический бластер и выстрелил в Аарона. Энергетический сгусток прожёг дыру в куртке.
Он выпрыгнул из воспоминания. Стеклянные глаза потерянно упёрлись в потемневший след от зубов на надкусанному яблоке. Напротив него сидела потенциальная угроза. Человек, однажды попытавшийся его убить, хотя успеха и не добился. Но никто и никогда не теряет надежду отыграться. Отомстить номинальному победителю.
Карл Донхаллес.
Мысль оказалась скользкой и едва уловимой. Она возникла из пустоты. Явилась фамилия Карла. Как он может носить фамилию Донхаллес и желать зла собственной семье? Глупо, но похоже на правду. Сомневаться в честности второго пилота не приходилось.
Брат Уильяма Донхаллеса.
Висок укололо, словно булавкой. Появились новые кусочки пазла. Аарон предположил, что Карл из-за свой импульсивности потерял возможность бороться за пост герцога Деона. Его кандидатуру отвергли. А Уильма, некогда родного брата, он стал считать предателем и злейшим врагом.
Ладошки вспотели. Камень пространства лежал около ступни, освещая подземное помещение. Так близко и так далеко. Захотелось потянуться за ним. Но нельзя этого делать. Нужно продолжать вести себя естественно и непринуждённо. Если Карл что-то заподозрит, то придётся избавиться от него на половине пути. В таком случае они заблудятся в катакомбах. На поиски выхода могут уйти дни. Необходимо дождаться, когда они встретятся с первыми лучами солнца. Тогда можно будет пальнуть Карлу в спину. И забыть о нём, как о незначительной помехе.
Но Карл ждать не собирался.
– Аарон, я слышал, что твой отец недавно погиб, – сказал он.
– Да, – робко ответил Аарон.
– Соболезную. А твоя мать?
– Автокатастрофа, – он понурил голову.
– А твоя родная мать?
Аарон напрягся, не зная к чему ведёт разговор. Ничего хорошего ждать не приходилось.
– Что за вопросы? Давай не будем поднимать эту тему.
– Почему же? Мне бы очень хотелось узнать, что случилось с женой моего брата. А, племянничек, что скажешь? – его лицо исказилось безумной улыбкой.
Аарон накрыл ладонью камень пространства, чтобы потянуть к себе и вооружиться. Свет мигнул, оставив Карла во тьме. Он принялся действовать. Одной рукой поднял и метнул Сэма в стену. Тот с грохотом свалился, как мешок картошки. Затем Карл хладнокровно кинулся на Аарона. Мгновенно пересёк центр комнаты. Схватил за шею племянника. И сломал ему запястье, чтобы камень, который однажды изуродовал его лицо, не представлял угрозы сейчас. Нельзя допускать одну и ту же ошибку дважды. Но он не учёл третьего человека. Ствол автомата упёрся в затылок Карла. Ева держала его на прицеле.
– Чего же вы ждёте, девушка? Стреляйте же, – крикнул он.
И она выстрелила. Выпустила три длинных очереди по десять патронов. Когда магазин опустел, она продолжала судорожно нажимать на спусковой крючок, не пытаясь перезарядить оружие. Волосы Карла пылали. На коже образовался почерневший кратер, но ни капли крови с головы не упало. Карл коснулся пальцами атакованного участка кожи и перевёл взгляд на Еву.
– Знаешь, кому нельзя пустить кровь? Богу, – он засмеялся и внешней стороной ладони ударил Еву по лицу, которая сразу же упала и потеряла сознание.
– Ты не бог, – возразил Аарон.
– Но я неуязвим, а ты нет, – Карл сжал его шею сильнее.
– И это всё, чего ты хотел? Снова попытаться меня убить? – едва слышно прохрипел он.
– В это раз я доведу дело до конца!