– Это когда замок штурмовали, или когда к священному городу прорывались? – достав сразу горсть квадратных конфет, уточнила хранительница.
– Хочу взглянуть, кто это, – произнес я, проигнорировав вопрос. – Впереди кусты. Там пустим макеты и накидываем шапку-невидимку.
– А раньше не мог? – тут же спросила Ангелина, шмыгнув носом.
Она была явно недовольна сложившейся ситуацией.
– Да! – тут же вклинилась Яра.
– Нет, – ответил я, – Тик нас раскусил в два счета. Эти не тупее. И помнишь смертника-нарони? Он нас атаковал, несмотря на маскировку.
– Ну да, – кинула Ангелина. – Тогда мне ноги оторвало.
– Ага. По самую грудь, – усмехнулся я. – Тебя как фарш можно было собирать в пакетики на развес. Я тогда не знал, что ты ангел, думал всё, вычёркиваем из списков, на похороны скидываемся.
– Светлячок? – недоуменно произнесла Яра, а потом ткнула пальцем в бедро моей хранительнице.
Все она понимает, эта природная сущность, говорить только толком не может. Ангелина же медленно моргнула, закатив глаза, и неспешно спросила:
– Сейчас что изменилось?
После этого вопроса что Клык, что Володя, казалось, превратились в одно большое ухо.
– Я у вампира заклинание купил. Доработанную версию шапки-невидимки. Энергии ест прорву, но должно хватить. Я щит отрублю.
Мы разом глянули на удаляющиеся спины наших товарищей.
– Прикрываем, – шепнула Ангелина, и я кивнул.
Мы втроём пошли напрямую в заросли шиповника. Колючий он конечно, но можно потерпеть. Остальные хоть и обернулись посмотреть на нас придурочных, но не остановились. Деревянный манекен исчез где-то между бурых щербатых стволов, ровных как мачты кораблей. Волоты и голем с вампиршей на шее и Соколиной на прицепе с треском продирались через заросли кустарника в ста метрах впереди. За ними следовали Кирилл с геймпадом, огневица за руку с лягушом и Несмеяна с пулемётов в руках.
Я достал из кармана обычный с виду карандаш и переломил пополам. Очертания моих товарищей растаяли, а из кустов вышли точные копии с сосредоточенным видом оглядывающиеся по сторонам. Все это время одноразовый артефакт собирал информацию о нас, создавал дубли. Самое интересное, что контуры друг друга мы видели, так как артефакт специально дал нам эту возможность.
Заминка произошла, когда мимо проходили волкудлаки из арьергарда. Они замерли у кустов, усердно принюхиваясь, и в то же время вглядываясь вслед нашим призрачным копиям, которые весьма достоверно обходили препятствия и многозначительно переглядывались. Потом волки все же с приглушенным рычанием пошли дальше. Лишь один обернулся на несколько секунд, а потом догнал остальных.
Я сидел в колючих зарослях, стараясь не обращать внимания на комаров, которым наша маскировка по барабану. По подсвеченным контурам было видно, что Ангелина зажала рот полуднице. Все молчали. Из кустов хорошо просматривалось все, что происходит, а вот возможные преследователи вряд ли полезут шуметь в густой шиповник.
Сидели минут пять. И только потом заметили движение. Три человеческие фигуры в постоянно меняющей цвет форме сноровисто передвигались от ствола к стволу, где замирали на некоторое время, а потом перебежками следовали по нашему следу. Я вглядывался в них, стараясь угадать, кто это.
Тем временем фигуры поравнялись с местом нашей засады. Тот, что ближе, поднял висящий на шее бинокль и стал вглядываться в даль. Когда он начал жестами глухонемых объяснять что-то товарищам, я смог рассмотреть их получше. А когда узнал, то чуть не выругался вслух. Это были одержимые из свиты Лилитурани. Демонесса зачем-то отправила за нами погоню.
– Нашли! – раздался издалека девичий крик. – Нашли!
Я даже прикусил губу от удивления. Честно, уже перестал надеяться. Оказывается, лягушонок не соврал. Но оставалась сложность в виде троих одержимых. Универсальные солдаты, не ведающие страха и не обращающие внимания на боль, при должной экипировке могут стать изрядной проблемой. Лучше всего использовать призрачную сеть, спеленав этих шпионов, а уж потом доставить в лагерь. Здесь они вряд ли заговорят.
Я легонько провёл пальцами по запястью, словно подцепляя прилипшую паутинку, и активировал заклинание.
– … Ут …во …до-о…ища! – донёсся приглушенный лесом нецензурный возглас вампирши, которая порой могла вставить такое для красного словца.
Я поглядел на Володю, убедившись, что и он готов к действиям, а потом легонько подался вперёд. Только не успел.
Из соседних кустов мелькнула чёрная смазанная фигура, на бегу врезавшись в ближайшего шпиона. Человека смело, как пушинку, а Мясник бросился к следующей жертве. Человек вскинул автомат с глушителем, но тяжёлая рука монстра с глянцевой ровной поверхностью вместо лица, возвышаясь над несчастным на целую голову, просто ударила кулаком. Хрустнула кость, и человек рухнул мешком на землю. Самое страшное, что все это проходило в полнейшем молчании. Не слышалось ни криков, ни стонов.
Мясник был не голым, как обычно, а носил на себе разгрузочный жилет и разные подсумки. Впрочем, голый ли он, неизвестно. Фигура не несла на себе ни капли половых или прочих физиологических признаков, словно это тонкий скафандр без выступающих деталей или синтетическая тварь, имеющая бионическую форму. Скорее, второе.
Я подался вперёд, готовый бросить сеть в сторону стоящего спиной к нам Мясника, но почувствовал, как меня тихонько потянули за форму. Это заставило замереть и дальше молча наблюдать за происходящим, слушая едва заметное дыхание моих товарищей.
А тварь орды неуловимым движением выхватила из жилета метательный нож и, не поворачивая голову, швырнула в сторону третьего шпиона демонессы. Человека даже отбросило на два шага от такого. Он упал на мох и задёргался, вцепившись в металлическую рукоять клинка. Тем временем Мясник подскочил к тому первому, которого сшиб броском. Человек успел подняться и направить оружие на чудовище, но Мясник оказался быстрее. Он сжал ладонь на держащей цевье автомата кисти несчастного. Снова хрустнули кости, а потом чёрный монстр просто пнул горемыку в плечо. С треском разорвалась ткань формы и с чавканьем оторвалась рука, оставшаяся в лапах Мясника. Человек молча отлетел к стволу сосны. Но это был не простой человек, а одержимый. Он не отреагировал на травму и хлещущую кровь, а выхватил из подсумка гранату и резким движением потянул зубами кольцо. Захрустели зубы, а концы проволочного фиксатора предохранительной скобы распрямились и выскочили из запала. Одержимый, даже смертельно раненный, был неимоверно силен и опасен.