Идти решили краем леса. В открытом поле трава слишком высокая, в середине рощи — завалы из веток, а на краю хоть на велосипеде ехать можно, главное — в овражки не свалиться.
Но сначала нужно было сделать ещё одну вещь.
— Щас мы ей нюх отобьём, — пробурчал я и достал пакет со специями. Всю разно по ним легко нас найти. Укроп, перец, лавровый лист. Всё это мигом оказалось на земле, брошенное по ветру, благо, лёгкий ветер отнёс это всё как раз в сторону тропинки, что тянулась вдоль илистой реки.
Следом я достал единственный имеющийся у меня полиэтиленовый пакет. В нём мне когда-то выдали одежду местного образца, требовалось его выкинуть, но я на всякий случай скомкал и сложил в сумку, понадеявшись на русский авось. Авось и пригодился.
— Катарина, пистолеты и пороховницы.
Девушка уже смекнула, что к чему, и быстро сунула оружие и запас пороха в пакет. По при этом небольшую щепотку высылала на лист лопуха и так же развеяла по ветру.
А потом все дружно поглядели на Лукрецию. Волшебница, только-только отошедшая от тошнотиков, прикрыла платком рот и непонимающе глядела на нас в ответ.
— Духи, — произнёс я и вытянул ладонь.
— За них золотом плачено, — тихо произнесла она, но всё же достала небольшой флакон из зелёного стекла. А когда я начал выливать пахнущий розами парфюм на ствол ближайшей берёзы. При этом взгляд у Лукреции был, как у рыбака, который утопил под лёд машину. Вроде и жалко, но и вылезти успел, пока не провалилась.
Флакон я кинул в рощу.
— Зачем? — спросила магесса, проводив глазами склянку. — Мы же там пойдём. Дорогу им покажем.
— Наоборот, они будут думать, что мы следы запутываем.
— Но следы всё равно останутся.
— Здесь их очень много, — покачал головой я, — местные всю округу вытоптали в поисках хвороста, грибов и ягод. Тропинка утоптанная, в роще несколько тропинок.
К тому же я кинул в сторону Ганивилля.
Вот так мы и тронулись, голодные, побитые, усталые.
На ходу я подобрал насколько кисточек спелой костяники, пожалев, что в отличие от животных, растения здесь средней полосы. Но с другой стороны, львы в Европе тоже водились когда-то, пока их не перебили доблестные рыцари, да и короткошёрстные мамонты тоже не тропические скотины.
Всё так же на ходу возник ещё один вопрос. Какого чёрта я взял тот клинок, что обронила рыжая разбойница?
«Система, в кэше есть информация о применении холодного оружия?»
«Информация ограничена классификацией».
Я задумался. Сперва думал, что моя цифровая помощница совершенно бесполезна, но после недавней стычки, она показала и положительные моменты. Показала, что не всё потеряно.
«Система, если я добуду информацию о приёмах и способах применения оружия, сможешь провести дополнительную юстировку?»
«Да», — коротко ответила она, а я задумался о том, как её ещё можно использовать. Понятное дело, что юстировка — часть комплекса «берсерк». А это значит, что, не включая субличность, можно использовать отдельные процедуры.
«Система, перечень функций, активизируемых в ходе применения субличности берсерк».
«Юстировка. Тактический анализ. Гормональный контроль».
Так, с юстировкой всё ясно, она поваляет во много раз ускорить закрепление моторных функций, а остальное? Нам рассказывали вскользь обо всём. Но при этом запретили вмешиваться в работу, поэтому информация не задержалась в голове. А сейчас нужно просто обновить.
«Система, Параметры доступного тактического анализа».
«Тактический анализ недоступен. Недостаточно места в кэше для работы эвристических программ. Запись в основную память невозможна. Ошибка подсистемы».
«Система. Параметры гормонального контроля».
«Гормональный контроль позволяет кратковременно изменить гормональный фон. Наиболее часто применяемые гормоны: адреналин, тестостерон. Использование эндорфина и серотонина категорически запрещено на аппаратном уровне».