— Мы станем одними из них и пойдем к выходу.
— А мы сумеем? — спросила Ангелина, наклонив голову набок и достав из кармана ириску.
— Сумеем. У нас нет выбора, кроме как суметь.
Все побросали свои занятия и обступили меня, дабы выслушать дикую, но интересную мысль. Даже меланхоличная Оксана, которой обычно было все равно, что происходит вокруг, подошла поближе.
— Значит, план такой, — начал я. — Здесь есть люди, и мы не отличаемся от них. Никаких черно-, красно— и желтолицых здесь нет. Мы максимально осторожно вдоль необжитого ледника пробираемся до места, где точка выхода ближе всего, а потом совершаем форсированный марш-бросок и убираемся отсюда. По пути собираем всевозможную информацию. Оставляем в подходящем месте вымпел-маячок. На этом наша миссия будет выполнена. Помощи мы все равно не дождемся, зато с большой долей вероятности здесь нет еще эмиссаров зла. Среди заклинаний к волшебной палочке есть швейные. Нитки с иголками у нас есть. Простыни с запасом тоже. Заклинание придется немного подрихтовать, но это не страшно, время у нас пока в запасе есть. Я думаю, к вечеру мы сможем провести первый эксперимент. Потом мы под видом местных жителей двинемся к порталу, а там на месте решим, что делать. Если нужно, задержимся, чтобы собрать больше сведений.
— Я против, — подала голос Ангелина. — Предлагаю обычную иллюзию одежды, это сэкономит время.
— Морок легко можно раскусить, — ответила вместо меня Белкина.
— Зато не нужно сложных экспериментов, — начала спорить магесса.
— Морок ненадежен, — повторила экстрасенс.
— Вот заладила, — пробурчала Ангелина. — А я говорю, что морок проще в исполнении, и нам удобнее будет в своей экипировке, а не в этих, — она кивнула на пленных, — лохмотьях.
— Морок ненадежен, — снова проговорила Белкина, — исполнение в материи дает больший коэффициент маскировки.
— Вот и займись шаблоном, солнышко, — сказал я Белкиной.
— Уже, — ответила Александра, демонстративно и горделиво вскинув голову, словно хотела, чтобы ее заметили и похвалили.
— Вот. Учись исполнительности, — бросил я словесную шпильку в Фотиди.
— Я все же за морок, — буркнула магесса в ответ.
— Морок ненадежен, — еще раз произнесла Белкина.
— Ты другие слова знаешь? А то как пластинка от патефона. Ненадежен да ненадежен, — передразнила Белкину Ангелина.
— Иди в задницу, я как лучше хочу, — огрызнулась экстрасенс.
— Все, хватит, — оборвал я спор. — Переодеваемся.
— Есть, товарищ командир, — не удержалась вставить свое слово Ангелина. — Назревает второй вопрос. Мы слишком мало знаем об их культуре. Нас могут отправить на костер и за неправильно произнесенное слово? Средневековье все же.
— Вопрос хороший. На рассмотрение могу предложить вариант. Торговцы чем-нибудь, для начала.
— Отпадает, — покачала головой Ангелина Фотиди, — нам нечем торговать. К тому же мы не знаем, чем можно торговать, а чем нельзя. Вдруг у них солярка запрещена по религиозным соображениям. А на железо особое разрешение нужно с золотым клеймом.
— А мы ограбленные торговцы. У нас ничего нет.
— Тоже не пойдет. Ограбленные вон лежат, сами товаром стали.
— А это выход, — подала голос Оксана. — Мы этими полудурками и поправим бюджет посольства России на территории далекой планеты.
— Я против. Я не хочу торговать разумными существами, — вырвалось у меня.
— Но они бы нами поторговали, — прищурилась навья.
— Я — не они. Под этим вопросом ставим точку.
— Тогда я их пристрелю, чтобы не было свидетелей, пока вы тут рассуждаете о гуманности.
— Ты так легко об этом говоришь, — вздохнул я.