— Круто, — произнес Володя и подошел к ночницам. Обнял самую симпатичную, а потом поднял телефон и снова сверкнул фотовспышкой, постаравшись, чтобы все попали в кадр.
Та, что со змеиной пастью, раздраженно зашипела.
Я выразительно посмотрел на стажера:
— Ты совсем дурной? Ты зачем к незнакомому духу впритирку лезешь? Так головы недолго лишиться. Откусят, и все.
Сорокин медленно отодвинулся, переводя взор то на меня, то на кого-то из команды. Я проследил его взгляд. Вокруг Ангелины кипела сила, заставляя дрожать воздух. Она создала не меньше пятнадцати заготовок боевых заклинаний, а на лице крупными буквами читалось: «Только шевельнитесь».
— Ангелина, — позвал я магессу, — ты, чем мальца подзуживать на неумные дела, лучше составь рапорт начальству от моего имени, что на охраняемую территорию беспрепятственно проникают всякие демоны, и представь на подпись.
— Мы не всякие, — прошептала серая гостья.
— Вам слова не давали! — рявкнул я.
Ночница опустила лицо.
— Значит, запомни, стажер, без моего разрешения ни к одной сущности ты не приближаешься. Могу показать фотографии тех, кто это правило нарушил, посмертные.
Сорокин что-то невнятно пробурчал.
— Не слышу ответа.
— Так точно.
— Не слышу!
— Так точно! — прокричал Володя и вскочил на ноги со словами: — Едрить-колотить!
Я обернулся. В прихожей, у самого потолка завис огромный лохматый паук. В свете ламп его густой темный мех отливал серебром. Из сочленений лап сочилось тусклое белесое сияние. А под этой огромной тушей стояла тонкая фигурка обнаженной девушки, иссиня-черная кожа которой была разукрашена затейливыми белыми узорами.
— Ночные тени? Они еда? — спросила лишенным выражения голосом девушка, указав на троицу обмотанной шнурками от запястья до локтя рукой, с которой вверх тянулись короткие тонкие нити, словно к ним были привязаны невидимые воздушные шарики.
— Пока нет, — ответил я, бегло глянув на новое действующее лицо.
— Это кто? — дрожащим голосом спросил стажер.
— Это Луника. Ну, мы ее так на русский манер называем. Настоящее имя по-другому звучит.
— Луника — это которая девчонка? — уточнил Сорокин, не отрывая глаз от паука, имевшего размеры малолитражного автомобиля.
— Нет, Луника на потолке, а девчонка, как ты выразился, всего лишь аватарка. Очень многие духи так балуются. Это тоже запомни, стажер: чем качественнее аватарка, тем круче демон или бог. Самый шик — это иметь в подчинении живого человека, а еще лучше много, но таким уже высшие боги промышляют.
— А она настоящий человек?
— Нет, очень качественная подделка.
— Зачем здесь ночные тени? — спросила Луника, наклонив голову набок.
— Ты не любишь тени? — спросил я, впервые столкнувшись с таким фактом. С Мягкой тьмой, который является божеством древней пещеры, вышедшим из глубин палеолита, паучиха неплохо ладила.
— Я создание светлоликой луны Ишчель, хозяйки радуги и ночных цветов, возлюбленной бога солнца Тонатиу. Я тку паутину, по которой ночные боги восходят на небо. Я тку паутину, оберегая сон спящих от кошмаров и ужасов. Они есть ужасы и страхи.
— Началось… — прошептала Фотиди, закатив глаза. — Демон сгинувшей империи майя против древнерусских страшилок. Ставлю на чернявую, серые хлипковаты.
Черная девушка шагнула в комнату. Узоры на коже запульсировали белым сиянием в такт ударам сердца. В руке сверкнул обсидиановый нож.
Пришлось вмешаться. Я встал между троицей ночниц и Луникой, начиная накапливать силы для боевых заклинаний. Вся моя команда замерла в дверях, с напряжением ожидая развязки триллера.