— Да не, — усмехнулся генерал, — здравые боги. Тоже понимают вред от принципа «Культ Карго».
Я слегка улыбнулся и угукнул, а Ребекка и Клэр молчали. Одна из соображения, что не её это дело вмешиваться в обсуждение потусторонних сил, а вторая просто трескала кровяные колбаски, проголодавшись с дороги, но при этом поглядывала на генерала с живым интересом, как на мудрого старца. А у ног графини лежал и грыз косточку Малыш. Хозяйка даже не подумала намекнуть, что пёс в заведении нежелателен.
— Ну, Юра, — снова заговорил начальник, — что думаешь?
— Не знаю, тащ генерал. Но полагаю, что основать культ не так-то легко. Катюша, расскажи.
Девушка коротко кивнула и заговорила, играя роль консультанта по религиозным вопросам:
— Для того чтоб объявить духа покровителем рода, селения или рода нужно выпросить разрешение у высшей власти. Только мать-настоятельница храма Небесной Пары в Коруне может дать такое разрешение, посему только знать может иметь покровителя способно только лишь самые богатые рода или города. Остальные выбирают покровителей из давно признанных божеств.
Пётр Алексеевич нахмурился и некоторое время сидел молча. Катарина долго спрашивала, почему я обращаюсь к нему именно «товарищ генерал» или в разговорном сокращении «тащ генерал», на что я смог только пожать плечами и выдать придуманную на ходу отговорку, что это в его положении и чине равнозначно обращению «ваша милость» или «ваше сиятельство».
Вскоре начальник выдал идею:
— Юра, сделаем хитрый ход конём.
— Кем? — тут же задала вопрос Клэр.
— Конём, это такой быстрый зверь в наших краях. Как зебра, только без полосок.
— А-а-а, ясно, — протянула графиня, — а зачем ей полоски стёрли?
Генерал тяжело вздохнул и натужно улыбнулся:
— Он родился таким.
Клэр продолжила есть, а генерал вернулся в русло изложения идеи:
— Надо, чтоб кто-то из нас на всякий случай заручился покровительством местных божеств. А поскольку мне это нахрен не надо, а Андрей не маг, то этим кем-то будешь ты. Вдобавок думаю, будет полезным зажёнить тебя за местную деву. Какую-нибудь со способностями. Например, Лукрецию.
— Как Лукрецию? — выпучила глаза Катарина, — почему Лукрецию?
Храмовница побледнела, потом покраснела, и снова побледнела, а затем встала с места и упала на колени перед Петром Алексеевичем.
— Ваша Милость Юрия, не губите! Он же её не любит! Не давайте благословения на их брак!
Все в таверне замолчали, и даже менестрели прекратили играть и уставились на девушку. Я же посмотрел на хитрый прищур генерала. Мда, такой жирный троллинг с его стороны получился, что сейчас до харакири со стороны Катарины дойдёт. Или инфаркт у Лукреции, она хоть и могла дать отказ, но если будет наставить целый барон, а его непременно поддержит и графиня, отпереться не получится. Средневековье, оно такое. Браки вершились не на небесах, а на подобных сходках, и зачастую мнения молодых не спрашивали от слова «совсем». Опять шутка вышла из-под контроля.
Чтоб не отстать от этого балагана, я тоже встал на колени перед начальником и зачитал переделанную на реверсивный манер реплику Джульетты из бессмертной пьесы Шекспира:
О, генерал, скорей, чем стать мне ведьмы мужем,
Вели мне спрыгнуть со стены той башни,
Пошли меня к разбойницам в вертеп,
В змеиный лог, свяжи одною цепью
С ревущими медведями меня
Иль на всю ночь запри меня в мертвецкой,
Наполненной гремящими костями
И грудами безглазых черепов,
Зарой меня ты в свежую могилу