Рядом с Глушковым зажала руками уши маленькая Роза, и учёный осторожно приобнял её здоровой рукой.
— Всё будет хорошо, — произнёс он и подмигнул, хотя сам не верил в благополучный исход схватки. Но из двадцати преследовательниц остались только девять: четыре в дыму и пять в проулке крадутся с тыла.
— Идут! — выкрикнула Кармен.
Она подобралась, словно кошка перед прыжком, перехватила поудобнее зелёную искру, а потом быстро высунулась из-за угла — но бросить заклинание не успела. Почти разом бахнуло несколько выстрелов, и волшебница вскрикнула. Нога её подломилась, женщина, заваливаясь набок, упала на мостовую. Всё же ей хватило сил поползти к укрытию, волоча ногу, за которой потянулся влажный тёмный след.
— Кармен! — закричала Констанция. Она подбежала к помощнице, схватила за руки и оттащила за собой.
Всё это происходило настолько быстро, что Артём едва успевал за событиями, к тому же квадрокоптер сдох. Зато над ними кружился бионический дрон, наверняка передавая информацию о происходящем.
— Почему пушками не стреляете? — пошевелил он губами, обращаясь к операторам. Они ведь слышали. Он точно знал.
— Мы… Избыточная мощность поставит под угрозу мирное население, — промямлил виновато голос и добавил: — Держитесь. Помощь уже выдвинулась.
Хорошо им говорить «держитесь»: они не зажаты в переулке с бешеными ведьмами! Хотелось выругаться, но вместо этого он снова подмигнул девочке:
— Всё будет хорошо.
А Констанция вновь ударила клинком о булыжники, но на этот раз меч не зазвенел. Теперь в воздух взмыло несколько камней. Они зависли на одном месте, а когда волшебница указала клинком на редеющее облако дыма, сорвались и полетели, как из пращи.
За дымом послышались удары о стены. А кашель почти стих, к тому же доносился словно из-за угла. Наверное, так и было — террористки спрятались, выгадывая время.
Зато те, что шли в обход, даром его не теряли. Из проулка на мостовую, искря фитилем, вылетел чугунный шар, похожий на ядро, а потом грянул взрыв. По стенам хлестнуло осколками, от ударной волны заложило уши, перекрёсток заволокло облако порохового дыма. Только чудом никто не пострадал.
Девочка взвизгнула и заплакала.
— Тихо, всё хорошо, — попытался успокоить её профессор, неумело гладя по голове, как котёнка. Да и как ему было научиться обращаться с детьми? Своих не появилось — карьера прежде всего. А что сейчас?
— Вернусь, женюсь сразу же, — пробурчал он по-русски. — Ну где помощь, мать её?
А помощь запаздывала. Террористки бросили ещё одну бомбу, но Констанция взмахнула рукой, и та улетела обратно в проулок. При этом не взорвалась.
— Сдаётесь?! — послышался новый выкрик с провокационным содержанием. — Если отдадите халумари, мы вас пощадим!
— Веры вам, как ветру! — прокричала в ответ магесса.
— У вас две раненые и ребёнок! Есть ли смысл драться?!
— Есть! Вы же палачи Круга. Живых не оставляете!
— Время тянете?! Никто к вам не придёт!
В ответ волшебница швырнула небольшой шар оранжевого огня, оставивший в ящике рядом с террористками дыру размером с кулак и с обугленными краями.
— Долорес, перевяжи Кармен и держи этих, я переулком займусь, — бросила Констанция и подбежала к перекрёстку.
— Дуры, — досадливо прошептал Артём, — зачем сами себе тыл открыли?
Потом, задумавшись, понял: перекрёсток даёт возможность уйти, в отличие от глухой улочки, где они очутились бы словно в каменном мешке. Как говорится, из двух зол меньшее.
Констанция снова стукнула мечом о камни, заставив зазвенеть, но уже не так громко.
— Если двинешься, она сдохнет! — раздался вдруг крик сверху.
Артём поднял глаза и увидел открытое окно на втором этаже напротив, из которого в девочку целились из тяжёлого арбалета; в глубине комнаты горел подготовленный огненный шар. Шах и мат.
— Сдаюсь! — произнесла Констанция, опуская меч и тоскливо переводя взгляд то на профессора, то на дочку. — Роза, иди ко мне.