- Та-а-к... - протянула Римма. - Чувствую, сейчас последуют откровения. Дай угадаю - ты тайный бессребреник? Ягнёнок в волчьей блохастой шкуре?
- Нет, - ответил старик, - я люблю, когда денег много. Люблю богатство. Советская уравниловка меня в своё время просто бесила - даже больше, чем партсобрания. Но я предпочёл бы всё-таки зарабатывать, а не рубить капусту, как это принято нынче. К сожалению, существуют реалии, к которым приходится приспосабливаться.
- Ага, ага. 'Не я такой - жизнь такая'.
- Ты напрасно иронизируешь. Чтобы влиять на что-то, нужен определённый статус. В девяностые он определялся деньгами и степенью отмороженности, после Нуля прибавился третий фактор - его я тоже использовал, как умел. А теперь вот ищу того, кто сумеет больше.
Римма поморщилась и хотела что-то сказать, но сыщик опередил её:
- Третий фактор - это сила, заключённая в амулете?
- Да. У него - колоссальный потенциал, который я не смог раскрыть полностью, поэтому предпочёл пока что законсервировать.
От слова 'консервы' начинало уже подташнивать. Марк произнёс:
- Предположим, вы наконец придумали, как раскрыть потенциал амулета. Что тогда? На какую цель вы его направите?
- По-моему, ответ достаточно очевиден.
- Я, наверное, тугодум.
Кузнецов уставился на него, не мигая, и отчеканил:
- Силу необходимо употребить, чтобы разблокировать Ареал, пробить дорогу во внешний мир. Это как раз тот случай, когда мои личные интересы полностью совпадают с общественными.
'Губа у него не дура', - подумал Марк с некоторой завистью, Римма же раздражённо сказала:
- Что за детский лепет, отец? Люди годами бьются, тонны аппаратуры сожгли, а наш амулет поможет? Ты же учёный, когда-то в НИИ работал! Неужели не понимаешь, что это - откровенное мракобесие?
- Я оперирую фактами. Барьер вокруг Ареала не является результатом научной деятельности - значит, аппаратурой его не снимешь. Чтобы решить сверхъестественную проблему, нужен сверхъестественный инструмент. Наш амулет - самый мощный ресурс из тех, что мне попадались.
Римма опять повысила голос, бросила отцу что-то резкое, но Марк уже не слушал её, размышляя над словами хозяина. Что-то в них было странное, необычное, причём не только по содержанию. 'Не является результатом научной деятельности...' Сама интонация, с которой это произносилось...
- Развейте мои сомнения, - сказал сыщик. - Может, я ошибаюсь, но, по-моему, вы говорили так, будто точно знаете, откуда взялся барьер.
ГЛАВА 13. СКОРОСШИВАТЕЛЬ
Кузнецов с интересом взглянул на Марка и проскрипел:
- Нет, я не знаю этого со стопроцентной точностью.
- Но догадываетесь?
- Скажем так, есть одна гипотеза, которая представляется мне наиболее убедительной.
- И в чем она состоит?
- Давайте разберём по порядку. Сначала - самый общий вопрос. Можно ли утверждать, что Обнуление представляет собой природную аномалию?
- Вряд ли, - сыщик пожал плечами. - Всё началось, когда пробили часы, секунда в секунду - таких совпадений попросту не бывает. Природа тут ни при чём. На науку тоже не очень смахивает, тут я с вами согласен. Но что тогда остаётся? На нас ополчились тёмные колдуны из параллельной вселенной? Я, пожалуй, готов поверить даже в такое, но где они, эти колдуны? Почему не явились лично, чтобы поработить нас, выпить кровь или что там ещё положено в таких случаях?
Услышав последнюю фразу, старик издал негромкий смешок и чуть приподнял ладонь - достаточно, дескать, сарказм понятен. После чего задумчиво произнёс:
- Это, конечно, очень удобно - приписывать свои беды внешним врагам, коварным злодеям-иномирянам. Но, к великому сожалению, мы и сами способны наворотить такого, что только диву даёшься... Нет, Марк Игнатьевич, не стоит умножать сущности. Источник проблемы - здесь, на Земле.
- Где именно?
- В человеке. Не в каком-то конкретном индивидууме, а в людской природе вообще, в порывах и движениях масс.