Тоня, похоже, действительно впечатлилась. Придерживая волосы, которые трепал ветер, она что-то перебирала в памяти, потом наконец спросила:
- Но ведь камень, по преданию, на острове?
- Да, это наиболее популярное толкование. На острове Буяне, с которым обычно отождествляется Рюген в Балтийском море. Но есть и альтернативные точки зрения - согласно одной из них, Алатырь нужно искать на юге, в горах. Так почему бы ему не оказаться здесь, в Кабардино-Балкарской АССР?
Выдав эту исчерпывающую справку, он сделал очередную затяжку. Юра ревниво спросил у Тони:
- А что за камень?
- Волшебный, целительный. Символизирует центр мира.
- Если целительный, чего ж тогда местные его стороной обходят?
- Ваш скепсис, Юрий, весьма похвален, - сказал комитетчик, - но объяснений можно придумать массу. К примеру, такое. Алатырь - славянский миф, а не горский, так что для местных он бесполезен и даже вреден.
- Понятно. Ну а нас-то зачем сюда привезли?
- Для общего развития. Побродите пару минут, осмотритесь. Свежий воздух всегда полезен, особенно для студентов.
- Простите, - сказала Тоня, - а вы правда нас не разыгрываете? Я, может, глупости говорю, но мне трудно себе представить, чтобы кто-нибудь в Комитете всерьёз рассматривал идею об Алатырь-камне...
- А я разве утверждал, что идея рассматривается всерьёз?
Тоня, окончательно сбитая с толку, не нашлась, что ответить, Фархутдинов ухмылялся с довольным видом. Юра, так и не дождавшись продолжения, пожал плечами и отошёл в сторону. Встал недалеко от обрыва, любуясь горными склонами на фоне густой небесной лазури.
Из-за соседней горы выглянуло солнце. Он моргнул и отвернулся к стене, лениво окинул взглядом пятнистый узор лишайника, потом присмотрелся и шагнул ближе.
- Товарищ Фархутдинов, у вас ножа не найдётся?
Тот, казалось, совершенно не удивился вопросу - подошёл и протянул складной нож с облицованной пластиком рукояткой. Юра выдвинул лезвие и аккуратно поскрёб им стену. Под бурым пятном проступил до боли знакомый знак.
***
Впрочем, наскальный рисунок несколько отличался от отметины на ладони. Во-первых, он был цветным (чёрный крест на фоне красного круга), а во-вторых - более детальным. Сразу распознавались клинки - внизу заострённые, а вверху со штришками-гардами. Круг же, если следовать этой логике, вполне мог оказаться щитом.
Юра почувствовал, как застучало в висках. Ладонь опять обожгло, и он сжал кулак, пока никто не заметил рубцы на коже. К счастью, боль продолжалась всего пару секунд, это был не приступ - скорее, короткий сигнал тревоги.
- Любопытно, - произнёс комитетчик, разглядывая рисунок. - Как вы его обнаружили?
- Совершенно случайно. Солнце осветило скалу, а я как раз туда посмотрел, вот прямо на это место. Заметил что-то красное между пятнами, решил поскрести. В пасмурный день, наверно, не увидел бы ничего.
- Что ж, тем лучше. Ещё один взнос в копилку.
- В какую копилку?
- В ту, которая обеспечит успех нашего предприятия, - Фархутдинов заговорщицки подмигнул. - Но это уже тема для отдельной беседы. Пока же давайте вернёмся в город - дела зовут. Да и Антонина, я вижу, совсем замёрзла.
Тоня закивала и, обхватив себя руками, побежала к машине. Комитетчик достал из внутреннего кармана мини-планшет, сфотографировал стену. Юра спросил:
- А можно мне тоже снять?
- Можно, конечно. Или вы по-прежнему верите, что тут секретная база?
У Юры планшет был больше - стандартная студенческая модель, которая не влезала в карман, а потому носилась в наплечной сумке-футляре. Круг со скалы перекочевал на экран, сохранив размеры - приблизительно дециметр в диаметре.
- Готово?
- Да. Но что этот символ значит?