Макар пристроился в конец очереди. Первым стоял Савва, он держал в руках толстый стебель, на верхушке которого белой шапкой торчало множество белых цветков с желтоватой сердцевинкой.
— Это тысячелистник, хорошая находка, молодец, — похвалил Савву Глеб Александрович и даже похлопал его по плечу, — он очень полезный и много где применяется: в кулинарии, как пряность, в медицине, как кровоостанавливающее и противовоспалительное средство, в пчеловодстве, потому что он хороший медонос.
— А что значит медонос? — спросила Маринка, которая стояла следом за Саввой.
— Это значит, что цветок дает много качественной пыльцы и нектара, который собирают пчелы, — ответил Потапов и записал растение Саввы на листочек в планшетке.
— Понятно, — скучно сказала Маринка.
Она держала в руках растение с фиолетовыми цветками, похожими на маленькие сплюснутые колокольчики — это оказался змееголовник, который используется как успокоительное средство.
— Ребята, называйте имя и фамилию, — попросил Потапов. — Я вас всех не помню, запишу у кого какое растение, чтобы потом не было путаницы, когда станем делать стенгазету.
Очередь стала двигаться быстрее. Еще ребята нашли: черноголовку, ромашку, которая оказалась не ромашкой, а поповником, колокольчик, клевер, лютик, лисохвост — это была сорванная из-под ног травинка, гвоздику Фишера — ее нашла Люська, и много еще чего, Макар не запомнил все названия. Наконец, очередь дошла и до него.
— Бунаков Макар.
— А это у тебя, Макар, лапчатка серебристая, — сказал Глеб Александрович. — Тоже используется в медицине, как противовоспалительное и кровоостанавливающее средство. А перетертые корешки, например, применяют для лечения ран и ожогов.
— А почему она серебристая, если она желтая?
— Наверное, ее так назвали, потому что листочки снизу мохнатые и серебристые, видишь? — Потапов перевернул лапчатку и снизу листочки действительно оказались белесыми.
— А лапчатка почему? — спросила какая-то девчонка.
— Потому что формой листочки похожи на гусиные лапки, — ответил Потапов. — Так. Следующий.
Но следующего не оказалось. Потапов пробежался по списку.
— Долин Владимир, ты где? Вова?!
Ребята стали оглядываться по сторонам, но луг был пуст.
— Ребята, давайте позовем Вову, может быть, он где-то в траве сидит и не видит нас.
— Не надо никого звать, Глеб Саныч, — сказала Люська. — Долин убежал на речку.
— Как убежал на речку? — побледнел Потапов.
— Ну он постоянно на речку у нас бегает, сидит там на берегу, на воду смотрит, он у нас того, — сказала она, и покрутила у виска.
— А если с ним что-нибудь случится, с меня же шкуру снимут! Мне же вас назад вожатым поголовно сдавать! — Потапов заметно нервничал. — Безобразие какое-то…
— Ничего не будет, Глеб Саныч, — спокойно сказал Савва, — если хотите, на обратной дороге я сбегаю и найду его, в лагерь мы придем вместе.
Потапов посмотрел на Савву, будто бы размышляя, можно ли ему доверять, потом вздохнул и достал из планшетки полиэтиленовый пакет.
— Сдаем растения.
Ребята стали складывать свои находки в пакет. Когда все растения были собраны, Потапов взглянул на часы и сказал:
— Так, ладно, полчаса отдыхаем, гуляем по лугу, а потом возвращаемся в лагерь. Далеко не разбредайтесь.
— Ура! — вразнобой закричали ребята, только получилось как-то не очень весело, будто заголосил упавший баян.
Целых полчаса следовало чем-то себя занимать, неслыханная роскошь для пионерского лагеря, в котором дети живут по распорядку дня, а если и появляется свободное время, то вожатые тут же находят, чем тебя занять.
Девочек сорганизовала Люська, они нарвали разных цветов и сели в круг плести венки. Гошка минут пять носился по лугу, расставив руки, как самолет, но потом был подбит воображаемым противником и рухнул в высокой траве, а затем обосновался там, развалившись на спине и закинув ногу на ногу.