На бледном, без единой кровинки лице батрака появилось подобие улыбки.
— Как всегда, — ответил Николай. — А ты с какими новостями приехал? Говорили, поехал жениться. Это правда?
— Правда, Николай.
— Ну, как?
— Женился. Теперь мое счастье у меня в руках. Ох, и жену я себе высватал, если бы ты знал. Другой такой красавицы во всем свете нет!
Николай молча посмотрел на Федора, достал из кармана табакерку с нюхательным табаком, насыпал на ладонь, взял щепотку, понюхал, чихнул.
— Хозяин-то наш хвастался тут без устали: послал-де Федора к девушке, которая отвергла Федорку. Так пусть теперь поживет у меня в батрачках. Говорит, а сам смеется.
Белый, как песец, снег и светлое небо в глазах Федора вдруг потемнели. В висках застучала кровь, стало тяжело дышать.
Въехав наконец во двор, Федор с трудом вылез из саней, привязал коня и разбитой походкой приковылял к сеням, постоял в нерешительности, нарочно долго и тщательно отряхиваясь от снега, и вдруг рванул к себе дверь.
Яковлев с радостной ухмылкой пошел ему навстречу.
— Ну, как дела сынок?
Федор, не обращая на хозяина внимания, разделся, повесил шубу.
— Ты что, оглох? — начал терять терпение Яковлев.
«О том, что произошло, ты никогда не узнаешь, — подумал Федор. — Хоть лопни, я тебе, собаке, ничего не скажу».
— Ну, был у головы Харатаева?
— Был.
— Выдали за тебя дочь?
Федор покраснел и, отвернувшись, пробурчал:
— Не выдали.
— Не выдали?! — Лицо Яковлева побагровело. — Так какого же ты черта так долго ездил?! — Он с кулаками подбежал к Федору, но ударить не посмел: Федор так на него посмотрел, что богач не рискнул драться. — Без толку лошадь гонял, негодяй!
Брызгая слюной, Яковлев приказал Федору снять нарядную одежду, бросил ему лохмотья и, даже не покормив с дороги, прогнал в юрту к батракам.
Когда Федор вошел в юрту, там никого не было, кроме слепой старухи Федосьи. Она сидела у печки и сучила из конской гривы поводья. Услышав шаги и скрип двери, она повернула немигающие глаза к порогу:
— Кто там?
— Это я, тетя Федосья, — ответил Федор.
— Федя, — обрадовалась Федосья, — голубчик мой, приехал!
Старуха слышала, что хозяин куда-то послал Федора, чтобы тот обманул девушку, и ей было больно и стыдно.
— Зашел посмотреть, как живем?
— Нет, насовсем тетя Федосья. Здесь буду спать. Место найдется?
— Найдется, голубчик, найдется. Ты не голоден?
— Голоден, тетя Федосья.