— Колчак.
— А большевики не вернутся?
Федорка, не ожидая приглашения, сел за стол рядом с Семенчиком.
— С того света никто еще не возвращался. Считай, что всех похоронили.
— Всех ли?
— Кое-кто прячется, но мы всех их разыщем.
— Так уж всех? — засмеялся купец.
— До единого переловим… Чей это парень? — Федорка хищно уставился на Семенчика.
— Это здешний, — ответил купец. — У меня писарем служит.
— A-а… У каторжника Федора тоже вот такой… Говорят, с красными приехал. Найти бы его!.. Этого бы я в тюрьму не повел. Сам бы, своей рукой… Взял бы вот так!.. За глотку!
У Иннокентия дрогнула бровь, глаза на мгновенье скосились на Семенчика, который сидел ни жив ни мертв.
— Чем-нибудь провинился сын Федора? — равнодушным голосом спросил купец, не подавая вида.
— Помог красным ограбить Шарапова и утек с ними в Якутск. Я письмо получил. Ну, если поймаю гада!.. И мертвому горло перегрызу!.. От меня не уйдет!.. В Якутской тюрьме нет его. Где-то еще гуляет.
Разошедшийся Федорка не обращал внимания на Семенчика, который сидел тут же без кровники на лице. Иннокентий бросал на своего конторщика косые взгляды, и будь Федорка понаблюдательнее, он бы понял, что тут что-то неладно. К счастью, Федорка ничего не заметил, а купец промолчал.
Вислогубому Федорке постелили в комнате, где спал Семенчик.
— А ты ляжешь в сенях, — не глядя на конторщика, сказал купец.
Иннокентий долго не ложился, бродил по дому, несколько раз ходил во двор, наконец угомонился.
Семенчик, притворявшийся спящим, тихонько встал, оделся и вышел на улицу…
V
Тайга поглотила жалкие остатки отряда. Федор долго бродил по лесу, искал своих людей, но так никого и не нашел.
На пути Федора попалось озеро. Он пошел по берегу и вскоре увидел одинокую юрту, убогую и обшарпанную.
У очага сидел маленький сморщенный старик и ел вареных карасей. Деревянная ложка проворно стучала по миске, выгребая рыбную кашицу.
Федор поздоровался и, не ожидая приглашения, присел на орон — он с ног валился от усталости. Старик положил ложку, вытер тыльной стороной руки вспотевшее лицо.
— Откуда и куда держишь путь, добрый человек?
Федор неопределенно махнул рукой и спросил:
— А где я нахожусь?
— Маленькая Эбе. В трех верстах отсюда Большая Эбе. Да ты никак заблудился?
Гость утвердительно кивнул головой.
Старик понял: прохожий не хочет рассказывать о себе — и перестал расспрашивать.
В юрту вошла худая старуха с добрым кротким лицом.