Теперь, когда о равных правах женщин и мужчин спорят меньше, происходит обратный процесс. Многие женщины выступают за увеличение феминитивов в речи, чтобы выделиться и стать видимыми.
А вот тут связь не так очевидна. На Руси феминитивов было больше, зато прав у женщин явно было меньше. Сейчас что-то похожее мы наблюдаем в арабских странах. Феминитивов в арабском языке полно, и создаются новые довольно просто. Они образуются с помощью одной буквы и не вызывают таких ожесточённых споров, как врачини и адвокатессы в русском языке. Но ни на Руси в эпоху Ивана Грозного, ни в современных арабских странах женщины не могли и не могут похвастаться бо́льшими правами, чем в современных европейских странах, где феминитивов сравнительно меньше.
Кажется, связь тут прямо противоположная. Феминитивы не подчёркивают равноправие полов, а наоборот – чётко отделяют мужчин от женщин как что-то принципиально иное.
И тут тоже нет прямой связи. В финском языке нет не только феминитивов, но и грамматического рода. То есть фразы строгая учительница влепила мне двойку и строгий учитель влепил мне двойку на финском будут звучать идентично. При этом две трети министров в правительстве Финляндии и половина депутатов в парламенте – женщины.
Или вот другой пример. В немецком языке слова fraulein и madchen (девушка) среднего рода. Значит ли это, что девушек в Германии угнетают и считают неодушевлёнными предметами? Вовсе нет.
Это правда, часто пол действующего лица можно определить по контексту. Например, из фраз мой друг – фотограф и моя подруга – фотограф сразу понятно, о мужчине или о женщине идёт речь. При этом феминитив не используется.
Но как только мы пытаемся поставить профессию в косвенный падеж, фраза начинает звучать неестественно. Я записалась на съёмку к своему фотографу – звучит нормально. Я записалась на съёмку к своей фотографу – странно. Феминитив здесь будет выглядеть логичнее: Я записалась на съёмку к своей фотографине.
Получается, мы живём в эпоху, когда нужно выбирать из двух стульев: либо привыкнуть к новым феминитивам, либо к новому синтаксису. Что выберешь ты?
Если все части речи априори писать в мужском роде, то мы запутаемся, о ком идёт речь: о мужчине или о женщине. Многим людям психологически важно это знать. Особенно когда речь о таких профессиях как гинеколог, уролог или психотерапевт.
В некоторых случаях имя и фамилия спасают. Например, никому в голову не придёт, что «психолог Кузнецова» – это мужчина. Но как насчёт несклоняемых фамилий? Инженер Кравчук – это мужчина или женщина? А доктор Уотсон?
Такие двусмысленные конструкции часто вводят в заблуждение. Например, мы, Марина и Витя, много лет были уверены, что в школе изучали математику «по Петерсону», а в университете – английский «по Бонку». Но потом оказалось, что Петерсон – Людмила Георгиевна, а Бонк – Наталья Александровна. То есть на самом деле мы изучали математику по Петерсон, а английский – по Бонк. Но по умолчанию решили, что авторы учебников – мужчины, и склоняли их как мужчин.
На самом деле не всё так просто. Мы путаемся с авторами учебников, потому что на обложке пишут инициалы, а не полное имя. Если бы вместо Н. А. Бонк стояла подпись Наталья Бонк, всё было бы очевидно.
Гораздо большую роль играют наши стереотипы. Давай проведём мысленный эксперимент. Попробуй представить эту сцену: дети столпились вокруг воспитателя и с любопытством разглядывали, как сварщик чинит трубу на крыше.
Признавайся, в твоей мысленной картинке воспитатель – женщина, а сварщик – мужчина. А что, если оба – мужчины? Или обе женщины? Или сварщик – женщина, а воспитатель – мужчина? Такое возможно, но мы руководствуемся стереотипом: обычно воспитателями работают женщины, а слесарями – мужчины. Хотя на деле бывает наоборот.
Так только кажется. На самом деле повсеместное внедрение феминитивов может всё усложнить.
Дело в том, что в русском языке мужской род указывает не столько на пол, сколько на человека как такового. Давай проведём ещё один мысленный эксперимент. Если мы спросим, кто твои любимые писатели, ты, вероятнее всего, назовёшь и мужчин, и женщин. А если мы спросим, кто твои любимые писательницы, ты назовёшь только женщин.
Если внедрить обязательное использование феминитивов, то будет непонятно, как обозначать смешанные группы людей. Придётся формулировать длиннее и сложнее. Сравни:
А как быть небинарным персонам? Для них придётся изобретать новые термины. А это противоречит закону языковой экономии.
Можем. Носители некоторых языков так и поступают. Например, в англоязычных медиа вместо привычного обозначения пожарного fireman (fire – огонь, man – мужчина) всё чаще встречается нейтральный термин firefighter (fighter – борец). То есть параллельно существуют три термина: fireman (пожарный), firewoman (пожарная), а вместе они firefighters (огнеборцы).
В русском языке такое словообразование провернуть сложнее, потому что слова образуются с помощью суффиксов, которые указывают на род. Огнеборец не может быть нейтральным, ведь в русском языке это слово мужского рода.
И ладно, если бы проблемы были только с профессиями. Нейтральность мужского рода глубоко проникла в нашу речь, и так легко её не выкорчевать: пришлось бы перекроить основы языка.
Например, мужской род обозначает местоимения (кто, некто, нечто, никто, ничто) и героев общеупотребляемых поговорок (дело мастера боится или кто не рискует, тот не пьёт шампанского). Очевидно, что эти слова и предложения подразумевают не только мужчин: местоимения и поговорки относятся и к женщинам. А заменить их на условно нейтральные слова будет сложно. Если попытаемся, то скорее всего мы перестанем друг друга понимать.
Придержи коней, Капибарин! Во многих сферах мы используем феминитивы и даже не задумываемся об этом. Например, когда обозначаем национальность и место жительства. Мы говорим: Русская крестьянка Марья Иванова первой заметила коня на холме. Нам даже в голову не придёт сказать: русский крестьянин Марья Иванова, хотя для истории неважно, человек какого пола заметил коня.
Тут всё дело в привычности слов русская и крестьянка.
Но в то же время слово крестьянин сохраняет нейтральный оттенок. Когда речь о группе людей, мы без раздумий скажем: Русские крестьяне Иван, Марья и Фёкла первыми заметили коня на холме.
Это слишком громкое утверждение, но доля правды в нём есть. Часто феминитивы кажутся нам неестественными не потому, что это новые и непривычные слова, а потому что они образованы не по правилам русского языка.
Словообразование – это не хаотический процесс. Суффиксы цепляются к основам не произвольно, а в соответствии со сложившимися закономерностями. Это похоже на сборку пазла. Чтобы детали крепко соединились, нужно, чтобы выступ одной из них по форме идеально совпал с выемкой другой. Иначе вместо красивой картинки соберёшь безумную кракозябру. Так и со словами. Нельзя просто заявить, что теперь от каждого слова мужского рода мы будем образовывать слова женского рода с помощью суффикса – К-. В некоторых случаях это сработает, а в некоторых нет. Давай сравним несколько феминитивов.