Огнепад (Сборник): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Даже на чердаке, когда Ли и я… мы и взглянуть наверх не смогли. Просто знали, что она там, но смотрели друг на друга, Ракши. Мы оба пришли в ужас от чего‑то, находившегося слева, и все равно смотрели друг на друга… – „Ну, разумеется, а как иначе. Это очевидно. Почему я раньше не понял?“ – А Валери, скорее всего, сидела в своем отсеке. Мы страдали от… височно‑теменных галлюцинаций. Кошмаров. От всякой чуши вроде чувствуемых призраков.

– Таракан вспоминает, – Сенгупта почти шептала – Таракан начинает просыпаться…

– Она нас двигала, как шашки по доске, – Брюкс не знал, ужасаться ему или удивляться, – Все это время…

– На что еще она нас запрограммировала? Мы начнем видеть глюки или решим прогуляться голышом по корпусу корабля?

Брюкс взвесил такую возможность:

– Я так… не думаю. Если она всех нас хакнула одним и тем же способом, то нет. Какие‑то базовые вещи – да. Страх. Похоть. Что‑то универсальное. – Он мрачно усмехнулся при мысли о том, что у мужчин на „Венце“ вдруг может начаться запрограммированная эрекция, а у Ракши неожиданно отвердеют соски. „Сейчас о таких вещах мне лучше вообще не думать“. – Если хочешь взломать поведение существа более высокого порядка, то надо залезть в детские воспоминания, формирующие личность, в особые канаты памяти. А там слишком много индивидуальных различий для общего подхода.

Сенгупта щелкнула языком:

– Это сейчас старый таракан говорит а новый‑то знает лучше. Кто знает что эта… Но хакнуть Двухпалатников она не могла, – тихо произнес он.

– Почему?

– Все эти трюки… влияют на стандартные контуры, а с теми, кто порезвился с мозговой проводкой, они никогда не сработают. Ей надо было убрать их с пути. – Тысячи кусочков неожиданно со щелчком встали на свое место. – Вот почему она атаковала монастырь, а не постучалась в парадную дверь с предложением: хотела, чтобы они сами вылезли, чтобы монахов заметили. Она знала, как отреагируют тараканы, знала, что они применят биологическое оружие и в результате уберут рой с дороги, но всю миссию под откос пустить не сумеют. Твою мать, – Дэн с шумом втянул воздух при следующей мысли.

– Ты видишь проблему, – сказала Сенгупта.

„Я не вижу ничего, кроме проблем“.

– Какую конкретно?

– Она вампир. Дочеловек и постчеловек – два в одном. Эти твари в голове решают недетерминированные полиномиальные задачи они бросаются нами как камнями в го. А Валери вдруг оказалась настолько тупой что не успела на корабль?

Брюкс покачал головой:

– Она сгорела. Я сам видел. Спроси Джима.

– Ты спрашивай. – Она повернулась, оторвав взгляд от пола в тот самый момент, когда Дэн больше не мог видеть ее лица. – Иди. Он там наверху.

– Куда торопиться? – ответил Брюкс, помолчав, – Я увижу его, когда он спустится вниз.

***

На корме – привитый парасоль, сдерживающий Солнце: огромный черный шит, по краям мерцающий огненными вспышками. Впереди – звезды: по крайней мере одна кишит жизнью и хаосом; до нее еще слишком далеко, невооруженным глазом не найти, она рока больше гипотеза, чем надежда, но близко, близко. Хоть что‑то…

Посередине – металлический хребет, увитый паутиной лесов, бугорчатый из‑за стальных опухолей. Оси, отсеки, прижженные обрубки несутся по небу в одну сторону; нагруженный цилиндр вертится в другую, уравновешивая векторы. Центроузел. Трюм: цилиндрический грот, примыкающий к щиту на корме, чье днище зияет в пространство рваными краями. Когда‑то там было полно контейнеров, деталей и разумных раковых опухолей, а теперь он упакован тоннами урана, драгоценными микрограммами антиводорода и огромными торовидными сверхпроводниками – массивными, как здания.

И повсюду тени, паутины и пазлы от сотен тусклых ламп, украшающих вершины антенн, затворы панелей доступа или горящих, как фонари на крыльце, по краям полузабытых экстренных шлюзов. Сенгупта включила Их все, вывернула на максимум, но они были маяками, а не прожекторами и потому не освещали темноту, скорее, контрастно ее оттеняли.

Неважно. Дрону свет не нужен.

Сенгупта отказалась от обычных ремонтных ботов, которые пауками ползали по корпусу корабля, латая дыры, зондируя и исцеляя раны, оставленные микрометеоритами. „Слишком очевидно, – сказала она, – Слишком легко взломать“. Вместо этого Ракши построила с нуля своего разведчика и дистанционно распечатала его на фабрикаторе, по‑прежнему жужжавшем в переоборудованном трюме. Она разобрала одного обычного бота, вытащила из него лантан и туллий, а остальное выстроила из запасов материи – как Яхве, вдохнула жизнь в глину. Теперь ее творение старательно прокладывало себе путь между балок и труб, теней и тьмы, на которые наслаивались карты искусственного цвета на дюжине длин волн.

– Вот! – крикнула Сенгупта в четвертый раз за четыре часа, а потом: – Твою же мать.

Еще одна утечка газа. Брюкс уже не волновался по их поводу – струек было слишком много, „Терновый венец“ походил на решето. Как и большинство кораблей. К счастью, дыры в сетке оказались совсем маленькими: в обычной обстановке, без прямого попадания в корпус чего‑нибудь крупнее чечевичного зернышка, понадобились бы годы, чтобы воздушное давление внутри значительно снизилось. За такое время экипаж умер бы от голода и радиации быстрее, чем от удушения.

– Вот же блин еще одна протечка клянусь… – Тут голос Сенгупты затих и перезагрузился: – Секунду…

Для Брюкса картина была такой же, как и в прошлый раз: слабенький завиток желтого цвета на инфракрасном фоне – такое тепло пара миллионов молекул могла сохранить на секунду‑две, вытекая из разогретого ядра в открытый космос.

– По мне, так очередная утечка. Даже меньше последней.

– Это да только посмотри где она.