В середине XVII в. шел процесс изменения структуры русского войска: возрастал перевод в новые полки из сотенной (старой) службы, увеличивалось количество стрелецкой пехоты, сокращалось число служилых по «отечеству» дворян и детей боярских.
В 1651 г. насчитывалось 39 408 дворян и детей боярских, из которых в новых полках служило 4,5 %. В 1672 г. в 77 городах южной территории состояло 37 859 дворян и детей боярских, из них:
В полковой сотенной службе – 3921 человек (10,3 %);
В новых полках —19 003 человека (50,3 %);
На городовой службе – 14 935 человек (39,4 %).
Следовательно, старая военная система отмирала и вытеснялась новой военной организацией.
Увеличение стрелецкой пехоты происходило за счет московских стрельцов: в 1637 г. на службе их состояло 8 тыс. человек, а в 1681 г. – 22 452 стрельца[245] при общей численности в 55 тыс. человек. В походах стрельцы составляли от 4 до 12 % общей численности войска[246].
Наряду со структурными изменениями русского войска происходило размежевание политических функций его составных частей: новые полки в основном являлись орудием внешней политики, стрельцы – орудием политики внутренней.
В 1662 г. в составе русского войска было два полка копейщиков и один полк гусар.
Росла также численность служилого казачества, которого к середине века насчитывалось более 20 тыс. человек. Служба казака была теперь наследственной, а не только пожизненной.
В целом происходил количественный рост русского войска, насчитывавшего по «росписи» 1651 г. 133 210 человек, из них:
* См.: Чернов. Вооруженные силы Русского государства в XV–XVII вв. С. 167.
В третьей четверти XVII в. русское войско базировалось на параллельное существование двух систем – старой сотенной и новой ротно-полковой организации. Старая система тормозила развитие и совершенствование новой военной организации.
Третий этап военного строительства – реформы 80-х годов XVII в. с целью усовершенствования военной организации Русского государства и повышения боеспособности войска.
В XVII в. высшее административное устройство вооруженной организации государства претерпело существенные изменения. Вместо ранее существовавшей полковой системы (комплектование полков – большого, правой руки, левой руки, сторожевого и прибылого) в начале века возникла разрядная система. Разряд – это военный территориальный район[247], имевший определенную стратегическую задачу и комплектовавший воеводские полки.
Войско состояло теперь из разрядов (по территориальному принципу), исключая государев полк, комплектовавшийся со всей территории государства. В конце XVII в. этот полк насчитывал до 7 тыс. человек. Разряды составлялись из воеводских полков. Так, например, войско князя Черкасского 1679 г. состояло из большого полка в составе трех воеводских полков, из четырех разрядов (Новгородского, Казанского, Рязанского и Белгородского) по два воеводских полка в каждом и двух отдельных отрядов.
Была составлена «Роспись перечневая ратным людем, которые в 1680 году росписаны в полки по разрядам». В девяти разрядах[248] состояло 164 600 служилых людей (пехота составляла 49 %, конница – 51 %), распределявшихся по следующим видам:
* По более точному подсчету Чернова. Устрялов к началу 80-х годов насчитал 38 солдатских и 25 рейтарских полков. Мышлаевский уточняет эти данные – 48 солдатских и 26 рейтарских и копейных полков.
Примечание. К итогу добавляется 50 тыс. черкас гетманского полка.
В связи с разрядной реформой осуществлялась и реорганизация центрального военного управления. Все ратные люди полковой службы (исключая приказы – Сибирский, Казанский и Малой России) переходили в ведение трех приказов: Разрядного, Рейтарского и Иноземного. Специальными военными делами продолжали ведать Стрелецкий, Пушкарский, Оружейный и Казачий приказы.
Вооруженная организация, основывавшаяся на различных началах, имела две различные формы организации, две разные системы обучения войск и две тактики. Для устранения параллелизма требовалось упразднить местничество, тормозившее совершенствование военного дела. Решение этой задачи началось с реорганизации стрелецкого войска.
В 1680 г. издан указ, повелевавший «быть из голов в полковниках, из полуголов в полуполковниках, из сотников в капитанах» и служить им «против иноземского чину, как служат у гусарских и у рейтарских, и у пеших полков тех же чинов, которыми чинами пожалованы ныне, и впредь прежними чинами не именовать»[249].
12 ноября 1680 г. издан еще один указ, упорядочивавший руководство ратным делом («О разделении ведомства ратных людей конных и пеших между разными приказами»[250]). Согласно указу стрельцы (кроме казанских и московских), городовые казаки и дети боярские переписывались в солдатскую службу и расписывались по полкам. Этим самым фактически начиналось упразднение стрельцов и части поместного войска[251].
В 1682 г. в результате деятельности специального совещания было упразднено местничество. Система сотенной службы окончательно была отменена, а ротно-полковая структура представляла собой единую и всеобщую организацию войска.
Сущность военных реформ 80-х годов XVII в. заключалась в усилении централизации управления вооруженной организации, в стремлении устранить параллелизм нового и старого во всех областях военного дела и в обеспечении перевеса знания, опыта и умения над знатностью происхождения.
Последовательно осуществлявшиеся мероприятия сужали круг деятельности и численность иноземных специалистов, находившихся на военной службе. В конце века доступ иностранцев в русское войско был совершенно запрещен. В 1696 г. на службе состояло только 954 иноземных офицера и генерала (231 – в коннице, 723 – в пехоте).
Русское войско XVII в. не являлось регулярной армией. Середину и вторую половину века можно рассматривать лишь как период, создавший предпосылки и необходимые условия для учреждения русской регулярной армии. Это было время увеличения постоянного войска и развития элементов регулярства.
Не следует буквально трактовать слова Петра I в манифесте о Воинском уставе 1716 г., в котором он писал: «Понеже всем известно, коим образом отец наш… в 1647 году начал регулярное войско употреблять и устав воинский издан был»[252]. Новые полки представляли собой только начало организации регулярной армии, ее зарождение. Регулярной армией как таковой являлась постоянная армия, новые же полки распускались после войны и даже пограничные полки собирались только на летний период. Регулярство новых полков Петр I видел в устойчивой четкой организации, однообразном вооружении, военной иерархии начальствующего состава и в уставном обучении.
[245] Московские стрельцы жили в 20 стрелецких слободах. Население Москвы в конце XVII в. составляло до 200 тыс. человек.
[246] См.: Чернов. Вооруженные силы Русского государства в XV–XVII вв. М., 1954. С. 162.
[247] Не следует отождествлять разряд с современным военным округом. Имеется лишь внешнее сходство, а существо различно.
[248] Разряды – Московский, Северский (Севский), Владимирский, Новгородский, Казанский, Смоленский, Рязанский, Белгородский, Тамбовский.
[249] Полное собрание законов (ПСЗ). Т. II. № 812.
[250] Там же. С. 844.
[251] В трудах русских военных историков (Мышлаевского, Гудим-Левковича и др.) новые полки XVII в. именуются «полками иноземного строя», советские военные и гражданские историки (Чернов и др.) называют их «полками нового строя». Изучение исторических документов показывает, что эти термины выдуманы авторами и в XVII в. не применялись. В указах встречаем: полк «солдатского строю» (Акты Московского Государства. Т. II. № 1012–1013), ратные люди «солдатской, рейтарской и драгунской службы» (там же, № 1130), «ведать пехотного строю ратных людей» (Дополнение к актам историческим. Т. 9. № 76), солдатские, рейтарские, драгунские и стрелецкие полки (во многих указах).
[252] ПСЗ. Т. V. № 3006.