Без колебаний и даже не успев оглянуться, я рассказываю ему всё о той ночи, когда загадала свои желания.
— Ну, она уже давненько упрашивала меня загадать желания в ночь новолуния.
— Новолуния?
— Ну да, по лунному циклу. Миша сказала, что в ночь новолуния я должна сесть и записать список желаний. Этими желаниями могло быть всё что угодно — то, что я хотела бы, чтобы произошло в моей жизни, или просто какие-то заявления, которые я бы хотела высказать. Потом мне нужно было мысленно их представить, поразмышлять о них, а потом сжечь мой список.
— А зачем тебе нужно было его сжигать?
— Потому что когда список сгорел дотла, я сдула пепел в воздух, как проинструктировала меня Миша. Это вроде как я послала свои желания во Вселенную.
Вэс просто молча смотрит на меня какое-то мгновение, а потом говорит:
— И ты это сделала?
— Ну, не сразу. Она несколько раз говорила об этом, но я отмахивалась. Потом Миша стала более настойчивой, так что я в конце концов решила попробовать, чтобы она уже успокоилась. К тому же, что я теряла, ведь так?
Вэс кивает, и я смеюсь.
— Что смешного?
— В ту ночь, когда я это сделала, мне казалось, что всё получится. Ведь знаешь, как только я сожгла список, откуда ни возьмись появился порыв ветра, и это было как-то волшебно. Как-то…
— Волнующе? Необыкновенно?
Наши взгляды встречаются, и я понимаю, что он не смеётся надо мной. Вообще-то, он смотрит на меня с необычайной серьёзностью, словно ему действительно важно, что я скажу.
— Да, — шепчу я. — Это и правда была какая-то магия, как в сказке. Помню, тогда я улыбалась своим возможностям, но теперь-то знаю, как ошибалась.
— Почему ты так думаешь?
Я протягиваю руку и беру упаковку спагетти, намереваясь забросить их в кипящую воду.
— Ну, потому что как только я составила тот список, будь он проклят, всё пошло наперекосяк.
— В каком смысле?
Я снова поднимаю кастрюлю с соусом и ещё раз его помешиваю. После этого забрасываю спагетти, чтобы они начали готовиться, пока думаю, что именно хочу ему рассказать.
— Что ж, наверное, чтобы это понять, тебе следует узнать список моих желаний.
— Ты не обязана говорить их мне. Я понимаю, что это очень личное.
Я краем глаза смотрю на него — Вэс опирается на столешницу, весь такой непринуждённый, милый, открытый. Говорить с ним легко, и, не успев как следует это обдумать, я снова начинаю болтать.
— Вообще-то, они очень простые. Я пожелала повышение, которое не получила. Хотя, следует признаться, когда я загадывала это желания, то думала, что буду первой кандидатурой и это желание не причинит вреда. И да, каюсь, ещё я пожелала себе, вдобавок к повышению, и личного помощника. В свою защиту хочу лишь сказать, что я всего лишь проявляла прозорливость — у меня ведь наверняка появилось бы куда больше обязанностей и всё такое.
Вэс смеётся.
— Конечно же. Кто бы не захотел заиметь личного помощника, получив повышение?
— Ну ведь правда, да? — соглашаюсь я. — Ну, и ты знаешь, какими неприятностями всё это обернулось.
— А что ещё ты пожелала?
— Я пожелала, чтобы моя машина продолжала оставаться на ходу и не создавала мне проблем. Я уже выплатила за неё кредит, а сейчас мне бы не хотелось брать на себя ещё один кредит на машину. Так что я пожелала это, чтобы сэкономить деньги.
— А, и потом твоя машина сломалась. И, раз уж зашла речь, как продвигается её ремонт?