— Здорово, — выдохнул Саня. — И что теперь?
В этот момент опять раздался этот противный звук. На этот раз уже совсем рядом, наверняка, прямо за углом. У нас аж уши заложило от этого адского шума. Виолетта завертелась на месте, как волчок.
— Туда! — скомандовала она, указав на свободный дверной проём. Я вскочил на ноги и бросился за ней. Как только Виолетта не побоялась рвануть в темноту? Наверняка, как кошка, она прекрасно ориентируется в ночи.
Опять пошли какие-то коридоры, помещения, всяких разных форм и размеров. Я бежал за Виолеттой, стараясь не упустить её. Звук сзади не отставал от нас. Казалось, он преследовал нас по пятам. Я пытался представить, что это всего лишь иллюзия. Как с медведем. Просто у страха глаза велики и всё.
— Мама! — крикнула вдруг Виолетта и остановилась, широко раскинув руки.
Мы с Саньком влетели в её предплечья и закрутились сальтом в воздухе, рухнув на пол. Несколько секунд тишины нарушались только нашим тяжёлым дыханием и стонами. Когда я поднялся на ноги, возвращая на место скривившуюся переносицу, увидел, что Виолетта стоит бледная, как покойник и с большими перепуганными глазами. Я посветил фонарём на место, куда она смотрела, и у меня самого чуть фонарик не выпал из рук. На полу, у стены, сидел скелет. Человеческий. Некоторые кости уже выбились из общей композиции и теперь лежали на полу. Но в целом всё вполне выглядело очень даже реалистично и пугающе.
— Что это? — спросила Виолетта не своим голосом.
— Скелет, — ответил Санёк. — И мы такими же будем, если не выберемся отсюда.
И тут гробовую тишину склепа нарушило протяжное шипение. Я машинально направил свет от фонаря на его источник. Из аккуратного отверстия в стене к нам выползала змея. Да хорошая такая, упитанная. Чем она только тут питается?
Неважно чем, но с правилами поведения в данной местности она ознакомлена прекрасно, потому сразу же направилась в сторону, перегородив нам проход дальше. Теперь у нас был вариант только бежать обратно, на который никто из нас, по крайней мере, я, точно не согласится.
А где-то в этом бесконечном лабиринте коридоров и комнат происходили страсти похлеще наших. На весь комплекс подземелья разнёсся дикий женский визг. Да такой, что стены задрожали. Даже змея притихла. Кричал явно кто-то из наших. Другим здесь просто неоткуда взяться.
Я тут же рванул вперёд, на подмогу друзьям. И сам не понял, как так вышло, но я запнулся об змею. Опять моя голова поцеловала каменный пол со всего маха. Перевернувшись на спину, я сел на полу и посмотрел на змею. Та обвила мою ногу и посмотрела на меня с ошарашенным видом. Кончик её хвоста изогнулся и повертелся у виска. Не знаю, правда это было или просто у меня глюки пошли после многочисленных ударов по голове.
— Прости, подруга, — сказал я. — Но после всего, ты самое безобидное, что с нами может случиться.
И я просто стащил её с ноги и отбросил в сторону. И опять же этот звук в глубинах комплекса.
— Оно идёт за ними, — выдохнул Саня.
— Кто? — не понял я.
— Быстрей! — скомандовала Виолетта и просто перепрыгнула через меня. А за ней Санёк. Вот же прыгуны!
Саня, правда, быстро сошёл с дистанции. В отличии от Виолетты, у него не было внутреннего прибора ночного видения. На одном из поворотов он поцеловал стену и отлетел на пол. Я же, как всегда, заметил всё, когда запнулся о его спину и сам чуть не грохнулся. Санёк взвизгнул от боли, но быстро стал нагонять нас.
Виолетта свернула в очередное помещение и опять закричала от ужаса. Я налетел на неё и чуть не сбил с ног. Луч света осветил какое-то головоногое существо типа осьминога ктулху или Дейви Джонса из «Пиратов Карибского моря». Не знаю. В темноте я не успел разобрать, что это.
Я инстинктивно рванул в сторону. В стене, как раз, был дверной проём, но как только я влетел в него, мои ноги заскользили по наклонной поверхности, и я рухнул вниз, просто выкатившись обратно в помещение. В последний раз такое было, когда я пытался вскарабкаться на горку на детской площадке, только не по лестнице, как все нормальные дети, а по скату.
Виолетта подскочила ко мне, выхватила фонарь и посветила на чудовище. Это оказался довольно-таки реалистичный барельеф, который действительно в суматохе можно было принять за настоящего монстра.
— Да что же здесь всё такое страшное? — срывающимся голосом произнесла Виолетта.
— Потому что это гробница, — ответил Саня. — А не парк развлечений.
И тут раскрытая пасть монстра на барельефе захлопнулась с громким хлопком. Мы все заорали в один в голос. Дверные проёмы по бокам захлопнулись, а рядом с ними распахнулись другие. Мы с Саньком одновременно рванули в разные стороны, в два разных проёма. А здесь уже покатый пол уходил вниз. Моя обувка вновь заскользила по гладкой поверхности. С криком я покатился в темноту. Теперь уже и светить было неудобно. Руками я махал, стараясь удержать равновесие. Маленький коридорчик изгибался дугой по спирали вниз и выходил в другое такое же помещение этажом ниже. Я и Саня одновременно выкатились из дверных проёмов и буквально столкнулись лбами в центре помещения.
— Саня нет!!!
— Женёк, тормози!!!
БУМ! И вот мы опять лежим на полу и считаем звёздочки над головами. Со стороны послышалось характерное шуршание. За мной выкатилась Виолетта. Она тут же схватила нас обоих за шиворот и стала поднимать на ноги. Дверь перед нами была открыта.
Виолетта забрала у меня фонарь под предлогом того, что я светить толком не умею, и первой бросилась туда. Мы с Саньком, еле перебирая ногами, поспешили за ней быстро, как только могли. Идя змейкой, со стонами, оханьями и аханьями, мы постепенно набирали скорость. А Виолетта уже давно скрылась из виду.
Я подошёл к стене и опёрся на неё рукой. Глаза стали постепенно привыкать к темноте. Очертания стен и углов вырисовывались всё качественней.
— Где Виолеттка? — простонал Саня.