— Калеб!
Теперь медленно. Всё так же грубо, сурово и дико, но медленно.
Произношу это имя, словно мольбу. Протест. Это всё, что я могу сделать.
Я чувствую, как его освобождение горячим фонтаном бьёт во мне.
Вдруг мужские руки отпускают меня, и я падаю вперёд, упираясь в окно. Открыв глаза, я смотрю и вижу через дорогу офисную башню, чёрную в ночи, все окна которой затемнены, кроме одного, прямо напротив моих. В нём стоит фигура в свете лампы и наблюдает.
Вот это было шоу.
Руки Калеба, на этот раз нежные, поднимают меня, как будто укачивая, и укладывают на кровать. Я борюсь со слезами. Мне больно. Болит моё сердце, душа. Что я сделала, чтобы заслужить настолько грубый и необдуманный трах? Взаимности нет. Ничего для моего удовольствия.
Я позволяю себе задремать и сбежать в мир снов.
Но в ухе жужжит звук, скользит сквозь завесу беспамятства. Голос.
— Я сожалею, Икс. Ты моя, и только моя. Тебе нельзя знать. Я бы с радостью, но тебе нельзя об этом знать. Нельзя, или ты... нет. Ты моя. И я не ни с кем не делюсь.
Бессмысленные слова. Я знаю, кто владеет мной. Это ошибка, которую я не повторю.
Извинения?
Боги не извиняются.
ГЛАВА 8
Ты смотришь на меня искоса.
— Мне нужна пара на мероприятие, Икс.
— Попроси друга.
Я делаю вид, что занята, подливая молоко в чай, так что не смотрю на тебя.
— Никто из моих друзей не подходит.
— Тогда попроси одну из своих многочисленных подружек.
— У меня нет никаких подружек, Икс, — смеёшься ты.
Теперь моя очередь смеяться.
— Ха. Я чувствую на тебе их запах, Джонатан.
— Это просто девушки, они не подруги.
— Так ты, действительно, типичный плейбой.
Это прозвучало с намёком на юмор, но с долей правды.
— Виновен в предъявленном обвинении. Но, опять же, ни одна из них не подходит. Они не достаточно хороши для этого мероприятия.
— Что за мероприятие? — я не должна спрашивать, потому что я знаю, куда ты идёшь, и это невозможно.
— Это сбор средств, благотворительность. Будет весь высший свет. Только по приглашению, вступительный взнос десять тысяч, и это только чтобы попасть внутрь. Есть список гостей, который будут зачитывать, как претендентов на «Оскар». Я не могу привести любую старую шлюху в распутном платье, как делаю обычно. Мне нужен кто-то с положением в обществе и классом.
— Джонатан, я знаю, что ты...