– Ай-я-яй! Скажите ему! – надрывался с потолка голос. – Пусть он уйдет!
– Бата, оставь, оставь! Назад! – никакого видимого эффекта призывы Григора не имели.
– Бата, перестань, это не враг.
И негромкий скрипучий (куда там мохам) голос Тахора мгновенно привел ситуацию в норму.
– Вз-с-иии! – свистнул на прощание из-под потолка Бата, который устроил все это представление, и камнем свалился на плечо Григору. Тихо пискнул ему в ухо нечто извиняющееся и повернулся к Тахору, поблескивая глазами-бусинками.
– Кто там? – поинтересовался Тахор.
Бата заверещал нечто невразумительное.
– Сейчас узнаем, – Шаман подошел к вопросу более утилитарно. Он задрал голову. – Эй, там! Кто пришел?
– Я, – осторожно ответили с потолка.
– Твою в душу ни мать, – заскрипел зубами Шаман. – Начинается. Кто «я»?
– Мох.
Распорядитель Улитарта с шумом выпустил воздух через стиснутые зубы.
– Ваше Магичество, может, лучше я? – Шатун тронул Шаман за рукав. – А то у вас информативного диалога не получится, я так понимаю.
Все, на что хватило Шамана, был сдержанный кивок.
– Мы уже поняли, что не тиххин, – сообщил потолку не дожидающийся развития событий Шатун.
– Не кто? – не сообразил мох.
– Не важно, – отмахнулся Шатун. – Тебе все равно будет скучно.
– Почему?
– Потому что он не сейчас, – Шатун, похоже, единственный, кто мог вести разговор в стиле мохов без выворачивания мозга. Все остальные начали уже переглядываться. Ланья понимающе улыбнулся с Демчи – нормальное состояние при общении с этими ребятами.
– А когда? – заинтересовался мох.
– Раньше, совсем раньше, – отмахнулся Шатун. – Тебя как зовут?
– Гинда, – обрадовал хоть чем-то конкретным мох. – А чего это вы тут делаете?
– Вперед идем, – сообщил Шатун.
– Вперед? – озадачился Гинда. – А это раньше или позже?
– Все мы в итоге идем позже, – философски вздохнул Шатун. – Но сейчас нам надо в другое место. И там будем позже. А ты чего тут орал?
– Ай, – забеспокоился мох. – А шида больше не будет меня ловить?
– Кто? – не понял Шатун.
– Шида, – пояснил мох. – Вон тот, злой.
Шатун посмотрел на боно. Тот немедленно принял грозную позу, растопырив крылья. С потолка донесся сдавленный хрюк.
– Вон тот? – поинтересовался Шатун. – Не, он больше не будет. И даже не думай, – предостерег он мгновенно возмутившегося Бату.