Сильвер сглотнула.
— Мы отвлекли ее, — солгала она. — Но мы должны действовать. Начните потихоньку пятиться.
К его чести, на этот раз Гейб подчинился мгновенно. Впрочем, Сильвер чувствовала, что, если что-то пойдет не так, он готов выстрелить снова.
Он не был трусом. Она знала множество охотников, мускулистых мачо, корпоративных альфа-самцов, которые скорее обмочат штаны, нежели будут стоять как вкопанные перед лицом разъяренной медведицы гризли. И в глубине души она была потрясена тем, как он пытался защитить ее, хотя его наивное рыцарство могло стоить жизни им обоим.
Сильвер не могла вспомнить, когда кто-то в последний раз сражался за нее. Она привыкла всегда полагаться только на себя.
Однако Гейб был мужчиной, и вряд ли он позволит ей действовать так, как ей хочется.
Она же не хотела его подвести.
Впрочем, это спорный вопрос, особенно если на этот раз Сломанный Коготь атакует по-настоящему.
Сильвер шепнула своим собакам, приказывая им отступить по тропе впереди нее и Гейба. Собаки послушно выполнили ее команду, и Сильвер с Гейбом попятились. Медведица тотчас вновь двинулась за ними, но на этот раз медленнее.
Она позволила им увеличить расстояние, предпочитая держаться поближе к мертвому телу на другой стороне густых зарослей.
Они свернули за небольшой поворот и, как только оказались вне поля зрения животного, стали пятиться быстрее.
— Смотрите под ноги, — прошептала Сильвер. — Споткнетесь о корень, и вы мертвы, сержант.
Медведица свернула следом за ними и даже сделала вид, будто готова напасть, но затем резко развернулась и, громко хрустя ветками, побрела обратно через кусты к своей добыче.
Сильвер судорожно вздохнула.
— Мы вне зоны ее комфорта, — прошептала она. — Но продолжайте двигаться. Медленно, но уверенно. Как говорится, на всякий случай.
Они вернулись в вигвам мертвого старика. Гейб медленно опустил ружье. На лбу выступили бисеринки пота, они блестели во впадине на изгибе шеи.
— Зоны ее комфорта? — уточнил он.
— Расстояние, на котором она чувствует себя в безопасности. Она есть у каждого медведя, и у каждого расстояние свое. Стоит нарушить эту границу, и медведь отреагирует так, будто ему угрожают.
То же самое и с людьми.
Гейб впился в нее взглядом. Горящим взглядом. Немного диким. На шее часто и сильно бился предательский пульс. Но сам он продолжал стоять неподвижно, зорко глядя на нее в угасающем свете дня.
В эти мгновения Сильвер не была уверена, где проходит граница ее собственной зоны безопасности.
— Вы в порядке? — спросила она.
— Да, — прошептал он. — Еще как! — Он взял в ладони ее лицо, резко приподнял и крепко поцеловал ее в губы.
Сильвер замерла, не в силах пошевелиться.
Она чувствовала стук его сердца возле своей груди. Он был горячим, все его тело излучало силу. Он был таким чертовски живым.
Каждая молекула в ее теле отреагировала на его энергию, соединилась с ней, загудела электрическим током. Это стало для нее неожиданностью.
Он отстранился, в его глазах плясали искорки.
— Спасибо, — прошептал он. — Ты спасла там мою жизнь.
Ее собственное сердце с такой силой билось о грудную клетку, что было больно дышать. Во рту пересохло. Разум оцепенел. Кожа пылала. Она осознавала, что опасность все еще таится поблизости, и где-то в глубине сознания понимала — им нельзя останавливаться. Но он пробудил в ней нечто глубокое, мощное, основополагающее. Она будто даже забыла, как передвигать ноги.
Сильвер посмотрела в сторону зарослей. Там, вместе с медведицей, осталось тело Старого Ворона. А она стояла здесь, более живая, чем когда-либо в жизни. С этим мужчиной. Увы, в чем-то он представлял для нее даже бо`льшую опасность, чем медведь.