— Если хочешь, я могу проводить тебя на улицу, — беловолосый всё не уходил. — Может, тебе лучше подышать свежим воздухом?
Но Лиза вновь замолчала, вперившись взглядом на спокойного Роберта. Пальцы её невольно вцепились в замок, а губы начали что-то нашёптывать. Еле слышно — так, что даже с помощью Ауры не удалось бы распознать слов.
Она молилась, не обращая внимания даже на Андрея, который не осмеливался вновь прикоснуться к ней. Молилась и верила, пока со сцены не прозвучало…
— Елизавета Орлова!
Глаза её расширились, а челюсть, кажется, потяжелела. Мотая головой из стороны в сторону, она схватила меня за руку и… поморщилась. Слёзы потекли из глаз.
— Я знала, братик. — девушка накинулась на меня, крепко обнимая. — Да, я знала. Верила, что это когда-нибудь случится. Боже…
Я, покосившись на немного разбитого Андрея, мило улыбнулся Лизе. Сейчас ощущал крайнее возбуждение и даже счастье, потому старался как можно сильнее отгородить свою Ауру от её вмешательства.
— Иди, — напутствовал я, расслабив объятия. — Иди и блистай, как Геральда на Тхалисии.
Лиза, впрочем, восприняла мои слова, как что-то из философии. Выпрямившись, она смахнула слёзы дрожащей рукой, кивнула — и робко зашагала ко сцене.
— Елизавета Орлова?! — повторил Роберт.
Лиза ускорила шаг.
— Елизавета Орлова?! — повторил Роберт, оглядывая церемониальный зал.
На мгновение глаза мужа покосились на Эмилию. Он подбадривающе кивнул ей со сцены и слегка волнительно улыбнулся. А женщина… она будто застыла на мгновение.
Неужели это… правда? Эмилия до конца не верила в то, что Роберт сказал ей прошлой ночью. Дочь… разве такое возможно?
Услышав это имя из уст мужа во второй раз, Эмилия почувствовала холод у ступней. Сердце, казалось, застучало в десятки раз сильнее, чем стучало раньше. И наверное, даже руки её заметно затряслись.
И ведь она стояла так близко ко сцене, что не смогла не разглядеть свою дочь… отчётливо — во всех малейших деталях и подробностях. Мать, что не видела свою Лизу десять лет, сейчас ощущала лишь одно…
Мир вокруг неё замер в ожидании.
Глаза Эмилии забегали по толпе аристократ, ища ту самую родную макушку с тёмными волосами. То самое личико, глядя на которое она встречала закаты и рассветы… когда-то очень и очень давно.
Дочь… даже не верится, что спустя столько лет она вот-вот…
Эмилия поморщилась.
Вот она.
Лиза… да, это точно её дочь. Такая же прекрасная, такая же утончённая, как и раньше… такая же, какой Эмилия её представляла. Девочка ступила на сцену с робкой улыбкой, озаряющей буквально каждого присутствующего в зале.
…и обернулась лицом к зрителям.
Такая стройная, глаза горят, брови живут своей жизнью от радостных эмоций…
— Лизонька… — шёпот Эмилии никто не уловил, ведь он был практически беззвучным. Слёзы потекли по щекам матери, которая спустя только времени увидела свою единственную дочь.
А ведь Лиза стала такой чудесной. Словно бриллиант — редкий и невероятный.
Нет, слёз никто не должен увидеть. Эмилия прикрыла лицо руками и отвернулась от сцены.
Но… что она скажет дочери?
А что, если Лизе и без неё хорошо? — мысли начинали путаться, перекладываясь одна на другую. Сомнения, которые копились годами, разом ворвались в голову Эмилии.
Зачем вмешиваться в жизнь уже взрослой самостоятельной девушки?