Обжора: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Но я же учусь.

— В Москве и доучишься.

Вот такой резкий поворот в его судьбе. Его семья ничего понять не могла. А он упорно держался своей версии:

— Люблю. Жить без неё не могу. Вот и женюсь.

Вначале ему действительно казалось, что он безумно влюблён в свою жену. И что это любовь на всю оставшуюся жизнь. До гробовой доски. Но уже через несколько месяцев их оглушительный секс приобрёл все черты чисто механического воздействия их детородных органов друг на друга. Пропал драйв. Исчез кайф. Остались лишь так называемые супружеские обязанности.

Очень странным был и такой факт, что чем меньше он любил свою жену, тем больше начинал обожать своего тестя. А ещё он сумел понять причины того, почему его отец с таким восторгом говорил об этом человеке. Уже через год тесть превратил его в своего личного помощника. А это была очень непростая работа.

Он не раз слышал в окружении своего тестя шуточки на тему, что если бы тот рискнул написать монографию по механизмам функционирования теневой экономики в Советском Союзе, то наверняка бы получил Нобелевскую премию. Но навряд ли ему бы успели её вручить. Не только потому, что он не смог бы вовремя поехать в Швецию. В истории этой премии был и такой случай, когда её вручали не в стенах дворца, а в больнице. Но все подшучивали именно над тем, что в его случае присуждение такой премии приведёт к тому, что вручать её придётся в тюремной камере.

Ведь так и не написанная им книга с каждой своей страницы могла бы вопить о нарушенных им по жизни статьях уголовного кодекса. И конечно же, человека, рискнувшего предать гласности скрытые механизмы теневой экономики, просто возьмут и посадят. Потом все дружно смеялись над тем, что навряд ли Нобелевский фонд решился бы на такую необычную акцию, как награждение простого советского заключённого, продемонстрировавшего миру всю подноготную теневой экономики эпохи развитого социализма.

Постепенно, день за днём вживаясь в жизнь помощника, он усилиями своего тестя сумел стать одним из важных винтиков прекрасно продуманных схем взаимодействия официальных и неофициальных экономических структур. Спустя какое-то время, он мог с уверенностью утверждать, что объёмы операций в этой скрытой экономике были вполне сопоставимы с теми цифрами, которые указывались в официальных показателях развития народного хозяйства и сферы услуг. Полностью осознавать всё это он начал через несколько лет после того, как расстался с этой семьёй. А пока он набирался ума и радовался тому, что тесть так часто хвалил его и одаривал премиями. На них он и баловал свою жену.

Когда у них родился сын, то тесть сразу же заявил, что он его забирает.

— Моя дочь сама ребёнок. У неё просто не хватит ума и терпения, чтобы вырастить его. А мой внук должен получить всё самое лучшее. И об этом позабочусь я сам. Мы с женой его официально усыновим.

А потом произошла катастрофа. Банальная и в чём-то, наверное, ожидаемая. Он заехал домой, чтобы забрать какие-то бумаги по поручению тестя, и увидел в прихожей эти огромные ботинки. Видимо, процесс тесного общения его жены с этим красавцем уже завершился, и они оба полуголые сидели на кухне. Жена пила чай, а этот её любовник изничтожал тот стратегический запас коньяка, что держали в доме исключительно для визитов дорогих гостей. Он пулей вылетел из квартиры и сразу же поехал к тестю. Лишь взглянув на него, тот сразу понял и каким-то будничным тоном задал нелепый вопрос:

— Застал? Надеюсь, что не бил его. Он дипломат, и скоро увезёт её отсюда. Она уже подала на развод. Утверждает, что наконец-то встретила мужчину своей мечты. Но у нас с тобой ничего не изменится. Ты сохранишь своё место работы и будешь получать те самые немалые деньги, которые тебе никогда не заплатят в каком-то другом месте.

— Не останусь. Институт я уже закончил. И хотя нефтяник из меня пока ещё никакой, но всё же поеду в Сибирь. Вахтовый метод работы — прекрасное лекарство от всех проблем. Особенно для человека, у которого нет семьи.

— Как знаешь. Мне бы не хотелось тебя отпускать. Ты всё-таки очень смышлёный парень. И был очень мне по душе.

Вот так он и попал в Сибирь. И, встретив там эту такую милую и столь несчастную медсестру, впервые понял, что значит быть рядом с женщиной, которая предназначена тебе самой судьбой.

***

Это была одна из самых тяжёлых ночей на «скорой». После ужасной аварии на дороге в аэропорт, мы потеряли троих пациентов. Словом, наблюдался тот самый случай, когда врачи просто разводят руками и говорят о травмах, абсолютно несовместимых с жизнью. Много раз убеждал себя в том, что врач должен спокойно воспринимать любую смерть. И отдавать себе отчёт в том, что не во всякой ситуации можно оказать действенную, эффективную своевременную помощь. Умом всё понимал, но сердцем и душой принять не мог. Увидев мои мокрые глаза, дядя Маис сказал:

— Там тебе постелили на кушетке. Если даже не сумеешь уснуть, хотя бы полежи немножко. Уже светает. Думаю, что ближайшие три часа ты никому не понадобишься.

Как это ни странно, но я уснул. Проснулся, плохо понимая, где же я нахожусь. Не было никакого желания встать на ноги и куда-то мчаться. За ширмой, что ограждала мою кушетку, беседовали дядя Маис и эта мадам психиатр. Когда я вышел к ним, дядя Маис налил мне свежезаваренного чая и сказал:

— Садись. Послушай, что говорят умные люди. Такого больше ты нигде и никогда не услышишь.

Я сел. Меня всегда интриговали абсолютно непонятные мне взаимоотношения нашего психиатра с дядей Маисом. Я совсем недавно узнал, что, оказывается, они когда-то вместе учились. Ну, ещё до того, как дядю Маиса выгнали из медицинского института за драку. В этом, видимо, и таились скрытые причины их доверительных отношений. Но, по-моему, теперь эта дама явно пыталась впутать дядю Маиса в какую-то не совсем до конца понятную мне авантюру.

— Итак, на первом этапе Ботеро сработал на все сто процентов. Ведь главное заключалось в том, чтобы внушить этой женщине простую истину о том, насколько условно разделение мира на красивый и уродливый. Теперь она способна с юмором воспринимать даже собственную внешность. И уже не стыдится своих объёмных форм. У неё уже нет желания каждый день казнить себя за то, что она стала женщиной-горой.

— А это разве хорошо?

— Не хорошо и не плохо. Причину её стресса мы выяснили. Мне её муж рассказал обо всём. У нас есть в сухом остатке брошенный ребёнок и постоянная обеспокоенность нашей пациентки тем, что он умер от голода. В момент, когда родился этот мальчик, в ней ещё не пробудился архетип матери. Отсюда и эта её самореализация в качестве человека, который стремится всех накормить. Теперь она уже находится в возрасте, когда достигнуто множество целей. У неё есть семья, любимый мужчина, прекрасные дочери. Именно в этот период у женщины появляется излишек энергии. Это точка бифуркации в её жизни. Ей надо определиться с тем, какой архетип именно будет сейчас доминировать в её душе. И мы должны ей помочь с этим.

— А мы можем?

— Конечно. Её муж рассказывал мне, что сразу же после её признания о существовании этого ребёнка он нанимал каких-то людей, посылал их в Россию, снабжал их немалыми деньгами. Но так ничего и не добился. Я подозреваю, что он просто нарвался на каких-то аферистов. Потом он пытался бороться с этим обжорством. В тот период в их домашнем холодильнике не было никакой еды, а кухня была лишена любых съестных припасов. Ничего не помогало. Вес рос. Еду она всегда могла найти вне дома. Он возил её в какие-то санатории, привлекал консультантов по здоровому образу жизни, пытался посадить на разные диеты. Всё было напрасно. А потом её настигла эта эмболия.

Изложив всё это, наша мадам обратилась к дяде Маису:

— Теперь я хочу попросить тебя съездить в Россию.

— Странное предложение. Я не военный, не юрист и даже не детектив. Что я смогу сделать?