Боевые животные: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Во всех эмиратах живет 420 тысяч человек, три четверти из которых составляют иностранцы. И поскольку все эти приезжие рабочие трудятся, коренные жители могут позволить себе устраивать верблюжьи гонки или, на худой конец, увлекаться соколиной охотой.

Сын премьер-министра страны, шейх Мохаммед, имеет самых быстроногих верблюдов. Для них он построил специальную клинику и нанял лучших ветеринаров из Германии, Франции, Соединенных Штатов. Имеется также стадо коров и большущая пасека. Молоко с медом идут на корм и служат главной, единственной цели — победе на скачках.

Каждую зиму на дубайский ипподром съезжаются более семи тысяч владельцев верблюдов со своими драгоценными питомцами. Кстати, цена хорошего дромадера достигает двух миллионов долларов. Верблюды, погоняемые наездниками, отправляются на старт, а закутанные в традиционные платки владельцы размещаются под бетонным тентом. Здесь и шейх Мохаммед, и министр обороны, и сыновья знати, и все-все-все. Выигрыш скачек — это престиж, почет и, наконец, удовольствие. Старт и финиш гонки хорошо видны с трибун, борьбу на других участках дистанции зрители наблюдают по мониторам.

Подается сигнал к началу забега, и наездники (мальчики пяти-восьми лет, преимущественно уроженцы Пакистана) с диким визгом лупят по носам своих верблюдов: удары хлыстом по другим участкам тела оставляют животных невозмутимыми. Бегущее стадо сопровождают тренеры. Они и дают команды юным наездникам — когда хлестать, а когда нет.

Представьте себе картину: пустыня, солнце, песок. Поднимая клубы пыли, несется огромное стадо верблюдов, мальчишки хлещут их по носам и визжат что есть духу, заглушая верблюжий топот, а рядом с ревом мчатся джипы с тренерами, которые, в свою очередь, кричат в мегафоны слова команд.

Впечатляет, правда?

Скачка тем временем набирает темп. Скорость доходит до шестидесяти километров в час — и это по песку, по жаре… Последний поворот, финишная прямая. Вперед вырывается любимица шейха Мохаммеда. Зрители замерли. Финиш!

Шейх победил, а верблюдица… падает замертво. Вместе с ней, между прочим, падает и привязанный накрепко маленький наездник: к счастью, с ним на этот раз ничего страшного не случилось. Наоборот — большая удача для его родителей, которые могут рассчитывать на «гонорар» и за следующую гонку. Мохаммед не скрывает горя: пала его любимица. Будучи не в силах совсем распрощаться с нею, шейх заказывает лучшему ветеринару… скелет. Пусть украсит музей!

(«Вокруг света», 1991, № 6)

В октябре жители североавстралийского города Кэрнэ обычно проводят фестиваль «Веселье на солнце». Туристам хотелось видеть на нем «настоящих аборигенов», и устроители обратились в резервацию с просьбой организовать племенной праздник — корробори.

Во время фестиваля много чего было: уличные шествия, музыкальные программы, спортивные состязания. И, конечно, знаменитые крокодильи бега.

Из дерева вырезали крокодила длиной сантиметров в шестьдесят, а потом поймали плащеносную ящерицу такого же размера. Эту ящерицу («мукаджи») выкрасили так: спину — синим, хвост — красным, а на боках вывели имя «Рег Ансетт». Ящерицу держали в темном ящике, чтобы она отвыкла от дневного света.

В день бегов трое братьев облачились в наряд для корробори — украшенный перьями волосяной пояс — и разрисовали себя красной и белой глиной. Из кусков коры, шнурков и пучков страусовых перьев сделали себе прически.

Участники уже выставляли своих крокодилов, когда появились люди с большим ящиком. Крокодилы были разные — от полутораметровых до двухметровых. Челюсти их крепко связаны — чтобы никто из болельщиков не лишился пальцев. Уорренби вытащил из мешка деревяшку, показал ее распорядителям и объявил, что три его брата из племени лардилов колдовскими песнопениями оживят этого деревянного крокодила, и он будет участвовать в гонках. Он снова положил крокодила в мешок, а братья завели длинные песни-заклинания. Старина Мукаджи тихо лежал на дне мешка.

Через некоторые время Уорренби пошарил в мешке, покачал головой и велел петь громче. Мукаджи шевельнулся, и Уорренби с радостным видом объявил, что колдовство подействовало: деревянный крокодил ожил и готов к бегам.

Телекамеры были направлены на крокодилов, выстроившихся в ряды на старте. Распорядители хотели взглянуть на деревянного подопечного, но Уорренби объяснил, что крокодил будет очень нервничать, и поэтому его надо держать в темноте до стартового выстрела. Он заключил пари с распорядителями, что Peг Ансетт не только будет первым, но и легко побьет рекорд этого стадиона.

— А каков рекорд? Двадцать три секунды? Он придет за пять!

Судья поднял стартовый пистолет и начал считать, а Уорренби передвинул Мукаджи поближе к выходу из мешка. Раздался выстрел, и он открыл мешок. От солнечного света Мукаджи зажмурился, зашипел, разинул широкую пасть, потом, распушив капюшон, встал на задние лапы и побежал по дороге не хуже олимпийского спринтера. Большинство местных жителей, туристов никогда не видели, как плащеносная ящерица бегает на задних лапах. Гробовое молчание — люди не верят своим глазам. Старина Мукаджи легко обставил крокодилов и покрыл дистанцию за пять секунд. Но победа его не интересовала. Ему хотелось как можно скорее убраться подальше от воплей изумленной толпы. Он проскочил линию финиша и взлетел вверх по одной из опор ограждения.

Люди бежали за Мукаджи и орали изо всех сил, подбадривая его. Бедняга застыл на мгновение, потом, видать, решил двинуть дальше, мотнул хвостом и спрыгнул прямо на толпу. Дальнейшее его продвижение можно было проследить только по вскрикиваниям женщин, когда он, стремясь к свету, пытался взобраться по чьей-нибудь ноге. После изрядной суматохи его, наконец, поймали и поместили в центре беговой дорожки. Он тотчас встал на задние лапы и вызывающе зашипел на наезжавшие телекамеры. Все требовали первый приз, но судьи — чувство юмора у них напрочь отсутствовало! — объявили Рега Ансетта подделкой и отстранили «чемпиона», а с ним «профессора Хартли Крика» от участия в любых крокодильих бегах. Отныне и навеки.

Отставной спринтер Мукаджи поселился в зоопарке городка Хартли-Крик. Там он до сих пор забавляет посетителей…

(«Вокруг света», 1977, № 7)

Каждый август в городе Буасвене в Канаде расстилают красные ковровые дорожки. Это означает, что начинаются традиционные канадские состязания черепах. Десять тысяч зрителей, которые собираются посмотреть «бега», — убедительное доказательство популярности и занимательности «самых медленных гонок».

Правила их достаточно просты: диаметр панциря черепахи не должен превышать двадцати пяти сантиметров. Что касается дорожки, то на ней настояло общество защиты животных: асфальт, дескать, в августе раскален, и нельзя мучить на нем «босых» черепах! Возможно, члены общества правы, ведь дистанция имеет длину семь с половиной метров, а черепахи остаются черепахами даже на беговой дорожке.

(«Вокруг света», 1984, № 10)

Часть III

Животные на охоте

Гепарды приручаются легче остальных больших кошек, но об их образе жизни на свободе почти ничего не известно. Они совмещают в себе признаки кошек и собак, и, хотя их все же относят к кошачьим, по сути дела, они очень отличаются от всех других зверей. Они — резвейшие на Земле млекопитающие, в беге на короткие дистанции они показывали скорость более 60 миль в час (рекорд для скаковых лошадей — 40 миль в час). Гепарды словно созданы для скоростного бега — легкий костяк, маленькая головка, короткий подбородок, длинные стройные ноги. Когти не втягиваются, как и у собак, гепарды и сидят по-собачьи, и охотятся, как собаки, однако отпечатки лап у них совершенно кошачьи. Они пользуются когтем первого пальца так, как все кошки, и лазят по деревьям, хотя это, может быть, и приобретенная привычка. Золотисто-песочная шерсть гепарда похожа на шерсть гладкошерстных собак, а черные пятна на ней пушисты, как кошачий мех.

Гепарды — одиночные животные, и на открытых равнинах, где они живут, их редко встречают группой — только с детенышами или в период спаривания. Обычно бывает до четырех детенышей.

Название «чита» (пятнистый), пришло из Индии. История этого зверя загадочна. Изображения гепардов встречаются на древнеегипетских фресках и барельефах как символ храбрости. Мы знаем два случая, когда гепарды были любимцами сильных мира сего: один принадлежал Чингисхану, другой — Карлу Великому. Казалось бы, еще совсем недавно индийские принцы охотились с гепардами, которых специально тренировали, чтобы загонять дичь, но уже с 1930 года дикие гепарды в Индии не встречаются: вид сохранился только в Африке.

Кошка в Египте была настоящим охотничьим животным. Как дрессировали или «натаскивали» египтяне кошек, осталось тайной, но факт есть факт. Впрочем, если вдуматься — что же тут удивительного? Разве ловля мышей — это не охота? Тут все, что требуется настоящему охотнику: и чутье, и терпение, и быстрота…

Но если мы не знаем, как египтяне охотились с кошками, то нам известно, как охотились с близким родственником кошек — самым быстроногим животным в мире — гепардом. Его легко приручить: он становится послушным, даже если был пойман взрослым, у него добродушный характер и он легко поддается дрессировке. Прирученного и выдрессированного гепарда подвозят по возможности ближе к стаду пасущихся антилоп, снимают с головы предварительно надетый колпак, мешающий ему видеть, и зверь бросается в атаку. Пойманное животное он держит до прибытия хозяина. Возможно, что-нибудь подобное проделывала и охотничья кошка. (Кстати, охота с пардусом, как называли летописцы охотничьего гепарда, когда-то была распространена и на Руси).