- У неё рак лёгких, - с трудом сообщил Элрик. – Третья стадия с метастазами, неоперабельная форма. Но врач это написал так, что я чуть не призвал Сатану, - он натянуто хохотнул, пытаясь своей шуткой хоть как-то сгладить ситуацию.
Читая записи, сделанные в карте своей матери, молодой человек действительно чуть не сломал свои глаза. Он никак не мог понять, почему у абсолютно всех медиков настолько ужасный почерк. Будто их этому специально учат, чтобы потом никто не смог прочитать написанного ими, кроме них самых.
Хотя… Вряд ли бы это смогло хоть как-то помочь Патрисие. У неё рак был обнаружен слишком поздно, чтобы врачи могли её вылечить. Сейчас единственное, на что врачи были способны, так это банально поддерживать относительно нормальное состояние женщины вплоть до её смерти, которая ни для кого из живых не была концом.
Ни шаманы, ни алхимики тоже не могли подарить Элрик исцеление. Не существовало пока таких духов, которые были способны на такое чудо; а ни одна формула, выведенная самым гениальным учёным, не могла здесь помочь. И даже если бы люди, которые состояли в двух враждующих лагерях, объединились (хотя бы несколько), ничего бы толком не изменилось.
И хоть шаманы больше времени уделяли душам уже умерших людей, при этом не особо желая вдаваться в различного рода подробности, довольствуясь тем, что они уже имеют, а алхимики напротив пытались докопаться до Истины, при этом практически не пользуясь духами, никто из них не был способен избавить человека от рака.
Они же все обычные люди, а не волшебники.
- Надеюсь, ты сможешь победить в Турнире и вылечишь Тришу, - тяжело произнёс Зик, с трудом скрывая своё истинное состояние, которое в один миг ухудшилось.
Видимо, ему тоже совсем не понравилось то, что он только что услышал. А вот Эдвард с этим живёт. Для него Патрисия совсем не знакомая или подруга детства, а мать! У него же кроме неё и Альфонса никого не было. Она была просто невероятным человеком!
С Хоэнхаймом у него никогда не было хороших отношений, поэтому молодой человек и не надеялся, что хоть что-то наладится в ближайшее время. Он просто рассчитывал на то, что проживёт с отцом до совершеннолетия, а потом благополучно уйдёт, куда захочет.
Вряд ли мужчина станет его останавливать.
- Я тоже, - парень зачем-то кивнул. – Я очень этого хочу. Чтобы мама больше не болела и всегда улыбалась.
Если у него есть хотя бы призрачный шанс спасти Патрисию от верной смерти, то Эдвард ни за что его не упустит. Даже если ему придётся заплатить за это самую высокую цену: отдать свою душу за жизнь матери.
Но это же закон равноценного обмена, поэтому парень совсем не боялся. Он был к этому готов.
***
Хром давно привыкла не высыпаться, поэтому, проснувшись сегодня, она не ощущала той усталости, одолевающей всё тело ещё несколько лет назад. Привычно поднявшись на ноги, шаман направилась в ванную комнату, которая находилась совсем недалеко.
Она была рада, что ей удалось найти такой дешёвый хостел, как этот, в котором она остановилась вчера, поэтому ей было грех жаловаться на то, что с ней в одной комнате проживало ещё несколько человек. Вряд ли в этом городе можно найти жильё за такую низкую цену.
Включив воду, которая сейчас казалась очень холодной, девушка намочила свою щётку, перед этим немного прополоскав рот. Когда на щетине оказалась паста, она приступила к чистке зубов, при этом пристально смотря в висящее перед ней зеркало, в котором отражался Занзас, появившийся в её жизни не так давно. Слушая его рассказы, шаман старалась никак не отреагировать на них.
Докуро прекрасно понимала, что окружающие ни за что её не поймут. Далеко не все люди могли видеть духов, а те, у кого был этот проклятый дар, должны были скрывать свои необычные для современного общества способности.
Если бы о существовании проводников в потусторонний мир узнал кто-то не тот, то на них бы непременно обрушилась очередная волна инквизиции, которая в своё время уничтожила много ни в чём неповинных людей.
А страдать ещё больше девушке совсем не хотелось. Она и так познала горя сполна, а окончательно разрушить свою судьбу сил просто не осталось. Когда же ей повезло встретиться с Занзасом, который так отчаянно искал мести, шаман ухватилась за него, как за последнюю возможность что-нибудь изменить.
Ведь другого шанса может и не быть.
Ради того, чтобы победить в Турнире и получить один артефакт, о котором она услышала от своего экзаменатора, Хром была готова стерпеть абсолютно все издевательства своего духа. Если это позволит удержать его рядом хоть какое-то время, то такая цена вполне приемлема ради достижения желаемой цели.
- А ещё у тебя зубы хреновые, - достаточно спокойно сообщил Занзас, удобно расположившись на бортике общей ванны. – Мне они ужасно не нравятся. Почему ты ничего не сделала с ними?
От этого стало до боли обидно. Девушка совсем не хотела того, чтобы у неё был неправильный прикус, из-за которого над ней так много издевались. Она всегда желала идеальной улыбки, чтобы не было стыдно улыбаться. Но сперва родители не хотели ею заниматься, а потом у неё самой было не до этого.
Шаману прошлось выбирать: или тратить всё своё время на внешность, или принять участие в Турнире, после победы в котором она получит возможность исполнить практически всё, что только захочет.
И понимая, что с тем артефактом, который обещал ей Вендиче, она сможет исправить себе не только неправильный прикус, но и ещё исполнить другие свои мечты, Докуро согласилась вступить в это соревнование, пускай внутри у неё всё кричало, что это решение ничем хорошим не закончится.
Она предпочитала не обращать на это внимания.
Закончив умываться, девушка направилась обратно в комнату, в которой она сняла кровать, а Занзас уже привычной тенью проследовал за ней, при этом практически не замолкая. Девушка старалась как можно меньше обращать на это внимания, чтобы в один прекрасный момент не сорваться. Сейчас было слишком рано.
Хром хотела сейчас поскорее взять свои вещи и хотя бы немного погулять по городу, пока не начался второй этап отбора. Она не знала, когда придёт очередное сообщение от Вендиче, а сидеть в номере непонятно сколько и всё время отвечать своим соседям, почему она никуда не выходит и зачем приехала, не очень-то и хотелось. Уж лучше потратить свободное время с хоть какой-то пользой.
- Ты бы могла носить брекеты, - хмыкнул дух, пристально наблюдая за тем, как девушка собирала немногие вещи, привезённые в другую страну. – Они хотя бы немного тебе помогли, мусор.