«Чужой среди своих»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ну, это вам видней, — вслух говорю я, пока в голове мелькают десятки мыслей и идей.

А пойдёмте, что ли, купаться?! — отчаянным голосом сказал один из мальчишек, по-видимому, не желая больше никаких политических повесток сегодняшним вечером, — В затон, а?! Вода прогрелась, я вчера проверял!

— В самом деле! — поддержал его Лёвка, уловив мой предостерегающий взгляд, — Айда купаться!

«— С детства, ещё в пионерских отрядах шоры вешают, флажками запретные темы обносят, — размышляю, шагая в гомонящей толпе и машинально, иногда невпопад, отвечая на вопросы новых приятелей, — А потом, уже взрослые, они даже не понимают, насколько узкое у них мышление! Не понимают, что у них сознание покорёжено, и, чёрт подери, считают себя очень умными, потому что они из „Самой читающей в мире страны“».

— … а он ка-ак дал, — Лёва азартно размахивает руками, и по контексту я понимаю, что речь идёт обо мне, — и тот как бряк! В пыль, как мешок навоза!

«— Но это ведь не ум, а всего лишь эрудиция, да и то — в рамках» — в голову протиснулся незабвенный образ неряшливого девственника в жилетке с карманами, к чьему уровню интеллекта лично я относился весьма скептически. Посмотрел, знаете ли, несколько передач, в которых это… хм, существо, выступало аналитиком.

— Мишка обещал приёмчики показать! — хвастает Лёвка, и я машинально киваю, ненадолго отвлекаясь от лезущих в голову мыслей.

— Да там ничего хитрого, на самом-то деле, — искренне, ничуть не лукавя, говорю мальчишкам. Не вру, нет… сами приёмчики дело нехитрое, все эти секретные ухватки из покрытых мхом древних восточных школ — полная ерунда! Анатомия у всех одинаковая… важнее подобрать какие-то связки и тактику под себя, ну и разумеется — тренироваться! Регулярно. Но вот поймут ли меня мальчишки? Не уверен… Ладно, Лёвке попытаюсь втолковать отдельно, ну а нет, так значит, и не очень надо!

— … я такой — н-на! — один из ребят не сбавляя шага, показывает другому нечто условно-фехтовальное. Впрочем, не уверен… очень уж криво.

— Да, я когда «Три мушкетёра» прочитал, тоже хотел в секцию записаться, но у нас пока нет, — горестно вздыхает собеседник.

— Через три года по плану! — авторитетно сообщил им Лёвка, вклиниваясь в разговор, — Мне папа говорил!

«— А, всё-таки фехтование…»

Вскоре мы свернули в какие-то овражистые закоулки, состоящие из сараев и маленьких домишек, выстроенных чёрт те из какого хлама, которым, по-хорошему, давно пора на реконструкцию, а скорее — на слом. Всё носит следы развитого запустения, некоторые сараи стоят полуразобранные, с обвалившимися стенами.

Вообще, судя по сложной, и я бы даже сказал — хаотичной планировке и совершеннейшей запутанности улиц, с участками, спускающимися порой в низину оврага, очень похоже, что это местный «Шанхай», построенный в самые первые послевоенные годы. Быть может, строения даже не узаконены толком, и по документам здесь ничего нет.

— Так короче, — сбивая с мыслей, деловито сообщила мне Виктория, отодвигая доску покосившегося забора, и первой ныряя в чей-то огород, спускающийся вниз под довольно-таки крутым углом. Судя по вымахавшим чуть ли не до пояса сорнякам, и широкой вытоптанной тропинке, наискось пересекавшей картофельные грядки, владелец огорода не слишком следит за своей собственностью, и, кажется, не пользуется у окрестной детворы ни малейшим авторитетом.

— … нет, не дают! — выходя через пролом в заборе в переулок, слышу обрывок разговора, — У Витьки Комова на руках, а он, зараза, продлил абонемент! Говорит, не дочитал!

Разговоры соскочили на книги, над проулками, заросшими лопухами и лебедой, зазвучали имена литературных героев, и, что меня нисколько не удивило, это не герои Диккенса или Золя, а всё больше Дюма, Жюля Верна и Майн Рида.

«— Самая читающая страна в мире» — невольно вспомнил я отца из той, прежней жизни, произносящего эти слова с неизменным пафосом. Потом, если его не перебивали, следовала лекция о том, как они доставали книги, и что домашняя библиотека была одним из показателей статуса.

Слушая, как новые приятели обсуждают книги, невольно усмехаюсь. Книги… стоит дать им хоть какой-то выбор, какой имеются уже сейчас у среднего подростка в Европе, а хоть бы и у американского, притом из ещё более захолустной глубинки, станут ли они читать «Три мушкетёра», а тем более по второму, третьему, пятому разу?

Если дома есть телевизор, да не с одним каналом, а с десятком, не считая кабельных, а в кинотеатре ты можешь выбирать не между фильмом про завод и передовиков производства, и фильмом про село и передовиков производства, то многие ли будут читать?

Относиться к этому можно по-разному, и, действительно, книги дают некоторую эрудицию и кругозор. Но, положа руку на сердце, «Три мушкетёра» и кочующий в сельской глубинке цирк и бурлеск, равно как и голливудская продукция, это блюда из одного котла!

Люди попроще что там, что здесь, в общем-то одинаковы и потребляют интеллектуальную жвачку. Ну а те, кто стремится к знаниям… Право слово, демократия, пусть даже сто раз кривая, хороша хотя бы тем, что в ней представлены разные точки зрения!

— Здесь собака иногда вылетает из-под забора, — прервала мои размышления Вика, — во-он там!

Как под заказ, из-под забора вылетела маленькая кудлатая собачонка с кривыми зубами, торчащими во все стороны и проседью на морде. Молча, без лая, она бросилась вперёд, пробуксовывая кривыми лапами по всякому сору, устилающему землю, нацелившись на пятку одной из девочек. Но тёзка, такой же кривоногий и решительный, как старшая сестра, весьма ловко подцепил собачонку носком сандалия под брюхо, и запулил её, залившуюся отчаянным лаем и визгом, по низкой дуге куда-то в кусты.

— Тикаем! — скомандовала Вика, — Сейчас Амалия Львовна скандалить начнёт!

Мы ускорили шаги, а она на ходу пояснила:

— Вредная бабка! Из бывших, но не наших. Чуть что — жаловаться!

— И управы нет? — поинтересовался я, сделав было стойку при словах «бывшая, но не наша».

— Откуда? — удивилась девочка, оглядываясь назад, — Раньше-то да, а сейчас её и райкомом не напугать!

— Бабка же, — с авторитетным видом влез в беседу тёзка, — Возраст уже того… на кладбище давно пора! Ей по закону ничего не сделаешь!