Слишком давно. Чертовски давно для такого мужчины, как он.
Поэтому он приоткрыл губы в ответ.
Ее язык мгновенно скользнул внутрь.
Его язык мгновенно вытеснил ее язык и скользнул в ее рот.
Она прижалась к нему всем телом.
Черт, это было здорово.
Его руки сомкнулись вокруг нее, и ей стало хорошо в его объятиях. Слишком хорошо. Она была не слишком маленькой.
Она была чертовски идеальной.
Он наклонил голову и углубил поцелуй. Она наклонила свою, впустила его, сексуально всхлипнув, и этот звук завибрировал у него на языке, он почувствовал, как волной ударил по его члену.
Его руки тут же потянулись к ее заднице.
Она слегка подпрыгнула.
Он поймал ее, приподнял, она обхватила ногами его бедра, продолжая целовать, он понес Дасти Холлидей к кровати.
Затем положил ее на кровать, присоединившись к ней.
А затем Майк Хейнс вытряхивал к чертовой матери ее боль от потери брата.
2
Мысленная пометка — прыгал бы от счастья
Ладно, черт. Я только что трахнулась с Майком Хейнсом, бывшим парнем моей сестры.
Нет, неправильно.
Ладно, черт побери. Я только что трахнула невероятно великолепного Майка Хейнса, который был уже таким сексуальным, когда ему было семнадцать, но который стал астрономически, удивительно, супер сексуален, великолепен сейчас, бывшего парня моей сестры, и это был, безусловно, лучший секс в моей жизни.
И поскольку мой брат умер, я не могла сказать займемся ли мы сексом снова, но Боже, пожалуйста, молюсь, пусть это случится опять, но без эмоциональной травмы.
Просто Майк был астрономически, восхитительно хорош в постели.
Ладно, черт. Ладно, черт побери!
Верно, мне, наверное, не стоит молиться Богу, чтобы он дал мне отличный секс, но, серьезно, Господь точно создал Майка и передал ему свои способности, Бог должен был знать, что женщина захочет большего.
Но что же я сделала?
Я сделала глубокий вдох и почувствовала, как пальцы Майка скользнули по моему плечу. Его прикосновение было легким. Это тоже было мило. И мне это очень понравилось. Но это мешало моей концентрации.
И путаница заключалась в том, что моя голова лежала посередине его груди, рука обнимала его плоский пресс, а нога переплелась с его ногой. После того как мы закончили, Майк уложил нас в постель и натянул одеяло до талии.
Я уставилась вниз на его грудь и пресс, пытаясь собраться с мыслями. Затем мои мысли, что делать дальше, улетучились от сладкого прикосновения Майка, пока я пялилась на его пресс, отыскав более подходящую мысль для размышления.
Его пресс явно был проявлением еще одного божественного чуда. Я имею в виду, в его возрасте, откуда у него было шесть кубиков?
Я выбросила эту мысль из головы, сделала то, что делала всю свою жизнь, решила отказаться от нее.
Поэтому повернулась, слегка подвинувшись к нему, прижалась своим обнаженным торсом и оказалась лицом к лицу.