Этим, помимо всего прочего, он сковывал меня до тех пор, пока я больше не могла двигаться.
Пока у меня были наивные мысли о воссоединении с отцом, он замышлял продать меня тому, кто больше заплатит.
Акира хотел жениться на мне «по причинам», как он любит говорить, которые, по сути, являются нашим секретом. И отец должен был сделать так, чтобы этот союз состоялся.
Стать родственником семьи Мори — это честь, которую не может выполнить кто угодно, не говоря уже о ком-то с криминальным прошлым, таком как мой отец.
Семья Акиры ненавидит меня и отказывается встречаться со мной по этим причинам, но отцу все равно, пока его бизнес работает и работает, благодаря помощи Акиры.
Мой муж неторопливо делает глоток своего саке. — Вместо Кая я хочу Рена.
Последний замирает с палочками на полпути ко рту. Рен, который, как я в конце концов обнаружила, примерно моего возраста, любит свою свободу больше всего на свете.
Так что мысль о работе с таким помешанным на контроле человеком, как Акира, должно быть, кажется ему кощунственной.
— Кай — мой самый эффективный человек, — отец указывает на очевидное.
— Без обид, но это делает его скучным. Рен, однако, безрассуден, и ему не помешала бы некоторая дисциплина, — на губах Акиры появляется ухмылка, когда он говорит.
Отец смеется, заливисто смеется. — Как хочешь.
Рен кладет свои палочки для еды. — Нет.
— Ты только что сказал мне «нет»? — шипит мой отец.
Его младший лейтенант стоит перед ним на коленях. — Я хочу остаться с тобой, босс.
— Если Мори-сан хочет тебя, то он тебя получит.
Рен смотрит на Акиру, который ухмыляется. — Тогда решено. Позволь мне сходить за подарком, который я привез тебе из Японии, Хитори-сан.
— Ты не должен был этого делать, — фальшиво говорит отец.
— Конечно должен. Акира стоит с грациозностью воина и манит Рена. — Подойди, помоги мне.
— Разве у вас нет слуг?
Прежде чем отец успевает сделать ему выговор за то, что он огрызается, голос Акиры становится жестче. — Зачем нужны слуги, когда есть ты? Вставай.
Рен скрипит зубами и ругается себе под нос, прежде чем резко встает и следует за Акирой из комнаты.
Как только дверь за ними захлопывается, я говорю отцу, не глядя на него: — Он доставит тебе травы женьшеня премиум-класса. Притворись удивленным.
— Это очень великодушно.
— Ты этого не заслуживаешь, — бормочу я.
— Что ты только что сказала, Наоми?
Я поднимаю голову и встречаюсь с ним взглядом. — Что ты этого не заслуживаешь.
Его губы кривятся. — Ты неблагодарная.
— За что именно? За то, что превратил меня в принцессу мафии, заставил меня выйти замуж, иначе ты бы продал мою сводную сестру, когда мы стали твоей собственной гребаной плотью и кровью, или угрожал мне, что никогда не позволишь мне увидеть мою маму на смертном одре? Или, может быть, что заставляешь меня поверить, что ты был отцом, которого стоило ждать все эти годы?
Кай качает головой, продолжая есть. К черту его и его босса.
Отец стучит палочками по столу. — Перестань быть маленькой американской стервой и сбрось этот тон.